Булчу Берта - Кенгуру

— Поесть бы, — сказал Варью, — пошли в рыбачью корчму?

— Баба меня ждет с ужином... И тебя приглашаю.

— Спасибо. Только неудобно: явится вдруг чужой человек...

— Раз я приглашаю, не беспокойся. Значит, могу пригласить. Нашел я ту бабу... Повезло мне.

— В прошлый раз, когда мы с вами разговаривали, я и не думал, что вы всерьез.

— Ты знаешь, как я раньше жил?

— Думаю, знаю.

— Как бедуин. Была у меня в Пече квартира, а дома, прибежища не было. На дороге я жил. В снегу, под дождем, в зное. Ей-богу, Варью, я на дороге жил. А теперь вот нашел... Хорошая баба, точно на мой вкус. Четыре года как овдовела. Муж у нее крановщиком работал. Током его убило, он за провода задел краном,

— Вы, значит, сюда из Печа ездить будете?

— Далеко мне сюда ездить. Нет, я женюсь, все, как полагается, и перееду сюда. Квартиру в Пече продам, на эти деньги дом здесь приведу в порядок. Я уже начал этим заниматься. Как еду в Пакш, бepy с собой два-три чемодана. Одежду свою перевожу, посуду, которая мне досталась. Инструменты свои уже перевез.

— А работа?

— В Пакше и буду работать. Здесь шоферы нужны. На электростанцию меня хоть сегодня бы взяли, только я согласия еще не дал. Вот продам квартиру в Пече, тогда видно будет. К концу августа хочу закончить с этими делами. В середине сентября поженимся, и порядок...

Допив пиво, они вышли на пыльную, душную улицу. Сухой, тяжелый зной висел над поселком. В небе появлялись легкие облака и уплывали дальше, не пролившись дождем. Влага была лишь в Дунае — да еще в корчме.

— Меня вот тоже сюда зовут,— сказал Варью.

— Зовут?

— Инженер один сегодня сказал, что институту лучевой защиты нужен шофер...

— Институту лучевой защиты?.. От каких это лучей он защищает?

— Здесь разные лучи есть. Солнечные, нейтронные и гамма-лучи. Гамма-лучи — довольно неприятная штука.

— Чесотку вызывают, что ли?

— В этом роде... И квартиру обещали.

— Квартиру?

— Ну да. Двухкомнатную, со всеми удобствами. Но это если я женюсь.

— Ага. А ты не женат. Такие, как ты, брат, не женятся.

— Могу и жениться.

Янош Балог посмотрел сбоку на Варью и сказал:

— С такими-то волосищами...

— Если захочу, женюсь. Хоть сегодня вечером или завтра утром.

— В этом вот твоя беда, Варью. Фантазеры вы все. Жизни не знаете.

Они вышли на высокий берег Дуная и здесь, на широкой по-деревенски улице, остановились перед низеньким домом с шиферной крышей. Шифер был стар и во многих местах порос мхом.

— Здесь, — сказал Балог, распахивая калитку в почерневших, покосившихся деревянных воротах.

Они вошли во двор, узкий и длинный. На чисто выбеленном сводчатом крыльце стояли горшки с ярко-красной цветущей геранью. Дверь с потрескавшейся коричневой краской была распахнута настежь, но белая простыня, висящая в ней, не пускала в дом рои мух и копошащуюся во дворе домашнюю птицу. По обе стороны ступеней, ведущих на крыльцо, пестрели клумбы с петунией и львиным зевом. Подальше, почти у самых ворот, росли хризантемы и астры. За домом, со стороны Дуная, стояло несколько хозяйственных построек: амбары,кладовые, конюшни; даже издали видно было, что они находятся в запустении. Возле забора, отделявшего двор от соседней усадьбы; зеленели кусты бузины и сирени; на бузине неподвижно висели лиловые ягоды. Середину двора занимал колодец с воротом; деревянная двускатная крыша над ним, как и шифер на доме, поросла серо-зеленым мхом. За колодцем возвышалась огромная старая шелковица, шатром своих веток закрывавшая чуть ли не полдвора; под ней лежала, рассыхаясь, многократно смоленная, прошпаклеванная мхом лодка-плоскодонка. Вокруг бродили, пошатываясь, утки, опьяневшие от упавших с шелковицы, забродивших ягод. Из-под кроны дерева далеко в обе стороны виден был Дунай. Вправо, к хутору Корпади, берег и пойма лишь угадывались в буйных зарослях ивняка; влево, среди блесток озерков и стариц, четко темнели Фёльвар и Шолт.

— Слава богу, пришел, Янош? И гостя привел?..— послышался с крыльца голос избранницы Яноша Балога.

— Он тоже шофер.— Балог подошел к женщине, поцеловал ее.

— Входите, входите, садитесь обедать. Мясо как раз пожарилось...

Янош Балог взял Варью под локоть, повел к колодцу и показал вниз, на воду.

— Две недели назад утка туда залетела. Ударилась, конечно, о камни внизу, но голову не потеряла. Когда в воде оказалась, стала плавать и кричать. Плавает там, в темноте, и кричит, плавает и кричит. Полдня вылавливали ее ведром, пока вытащили...