Дэвид Чейни - Мастер меча

– Я не помню никого похожего, господин. Самурай сердито откашлялся.

– Если ты увидишь человека, отвечающего этому описанию, найди нас и расскажи нам.

– С радостью, господин. – Йоши продолжал смотреть в землю. – Могу я спросить, какое преступление совершил этот человек?

– Спрашивать ты не можешь… но я все равно скажу тебе. Он разыскивается за дезертирство из армии господина Кисо и за предательские действия против господина Кисо и господина Юкийе. Когда мы найдем его… а мы когда-нибудь найдем… он умрет. Ну, хватит болтать. Забирай своих бродяг и проваливайте отсюда.

Йоши нащупал под полой халата золотую монету. Немного подумав, он вытащил ее.

– Господин, я уверен, князь Хашибуми просто забыл предупредить вас о нашем появлении. Но мы с удовольствием заплатим за постой в виде знака нашей добропорядочности. Мы не праздношатающиеся. Мы работаем на его светлость.

– Только одну золотую монету? – усмехнулся самурай.

– О нет, капитан! Я кладу вам в каждую руку по одной монете. Мы бедные люди, его светлость еще не заплатил нам, но мы настаиваем, чтобы вы приняли наши знаки внимания.

Йоши достал последний золотой. Самурай сунул деньги за пояс.

– Вы уберетесь из наших владений сразу же после представления завтра вечером. И горе тому, кого я еще когда-нибудь увижу на земле господина Хашибуми.

Капитан подал знак всадникам. Поднимая тучи пыли, они поскакали обратно к реке.

Йоши пошел обратно к труппе Оханы, отряхивая пыль.

– Что случилось? Что он сказал? – взволнованно спрашивали артисты.

– Я договорился обо всем. Мы можем оставаться тут до завтрашнего представления.

– Что ты сказал ему? – спросил Охана.

– Что мы работаем на господина Хашибуми.

– И он поверил тебе?

– Я убедил его, – сухо сказал Йоши.

– Да, ты не прост…

Охана задумчиво посмотрел на него.

– Они могли убить тебя, – сказал Шите.

– Невелика потеря, – сказал Цуре.

– Давайте допьем чай, – сказала Обаасен, внося в разговор практическую нотку.

Дробный топот отряда самураев затих вдали. Солнце стояло прямо над головой. Было жарко. Йоши вновь присел у костра, прихлебывая из дымящейся чашки ароматный напиток. Он вспотел под плотным халатом, распарился и вообще чувствовал себя неважно. Общение с самураями – опасное занятие для невооруженного человека.

Любой самурай может рассечь человека пополам, только чтобы испытать лезвие клинка. Их право и долг – рубить каждого, кто, на их взгляд, поступает неуважительно. Эта акция называется кирисутэ-гомэн. Одетый бродягой или актером – Йоши беззащитен перед их произволом. Ему никак нельзя забывать, что для самурая сейчас он значит не многим больше, чем эта – раб, выполняющий самую черную и унизительную повседневную работу. Отрезвляющая мысль. Каждый неверный шаг может означать смерть, и эта смерть имеет не больше значения, чем смерть прихлопнутой мухи. Человеку его воспитания трудно постичь это. Урок смирения.

Йоши обязан помнить о своем долге. Он обязан скрываться, чтобы скрыться бесследно. Сейчас ему надо наилучшим образом использовать время и трудиться. Он должен стать лучшим из бродячих актеров. Труппа груба и необразованна, это ничего. В активе у Йоши знание поэзии, музыки, эстетики и боевых искусств. И если говорить без ложной скромности, Йоши умен, одарен и умеет увлечь людей. Он изучит мастерство блуждающих лицедеев и, в свою очередь, поможет им стать достаточно профессиональными, чтобы появиться в Киото.

Какой бы ни была поставленная перед ним задача, каким бы ни был его внешний вид, он – сенсей, учитель и мастер меча.

Акробаты провели день в привычных тренировках на открытом поле. За исключением резких команд, состоящих из отрывистых восклицаний, ворчания и подбадривающих криков, они почти не разговаривали. Йоши очарованно наблюдал за ними.

Сначала они проделали несколько разогревающих упражнений и растяжек, во время которых их позвоночники и суставы прогибались и выворачивались за пределы того, что Йоши считал возможным. Даже самый неповоротливый из акробатов был способен, отклоняясь назад, ровно ставить руки на землю. Все четверо одновременно садились на шпагат и в этом неестественном положении наклоняли верхнюю часть туловища вперед, ровно прижимаясь к земле. Они делали подъемы, поддержки и другие виды экзотических упражнений. Гимнасты занимались босиком, в набедренных повязках, их выпуклые мускулы блестели от пота.