Эптон Синклер - Зубы Дракона

Но его использовали, и Захаров был вынужден жить и видеть, как оно используется, и, видимо, это плохо воздействовало на его подсознание! Захаров принял участие в церемонии в День перемирия и возложил венок к могиле Неизвестного солдата. Думал ли он о том солдате, а теперь Ланни знал, что он думал! Догадывался ли он, что национальный герой Франции может быть евреем? Или национальный герой действительно был евреем? Был ли сам Захаров евреем, или частично евреем? Ланни не знал, и ему это было не особенно интересно. В Европе было мало народу, который не имел бы еврейской крови. Даже тех, кто презирал евреев, не миновала эта участь. На протяжении двух тысяч лет евреи были распылены по всему старому континенту, как пух по ветру. И наиболее тщательно ухоженные семейные деревья не могли быть уверены, что еврейская пыльца не попала на них.

Ланни размышлял: Как старик собирается выйти из положения? Вряд ли он подумал, что я всё подстроил. Что я знал о его дяде Ан-тониадесе! Нет, он знает, что всё было без подделки, и, когда он остынет, он поймет, что поступил не совсем, как джентльмен. Может быть, он захочет просить прощения у Тикемсе и сделать еще одну попытку с герцогиней.

Ланни решил, что это будет интересно, поэтому сел и написал записку, чтобы отправить её почтой из Дьеппа:

Дорогой сэр Бэзиль!

Мне очень жаль, что сеанс причинил вам беспокойство. Я хочу заверить вас, что я не буду об этом никому рассказывать. Я до этого видел много неточностей во время сеансов, и у меня никогда не возникало желание распространяться об этом. Вы можете рассчитывать на меня.

Кроме того, он написал записку Рику, а именно:

Не сможешь ли ты найти кого-нибудь для работы на меня. Мне нужно просмотреть архивы тюрьмы Олд Бейли за семидесятые годы прошлого столетия и выяснить, есть ли запись заключенного по имени Сахар, или Захар, или Захаров. Я прилагаю чек на десять фунтов, чтобы оплатить начало работы, я буду отправлять больше, по мере необходимости, если ты укажешь стоимость работ. Пожалуйста, не говори об этом никому, за исключением надежного человека, которого найдёшь.

Было не так просто молчать о событиях, которые произошли во второй половине дня. Любопытство у Бьюти зашкаливало, и у Ирмы тоже. К счастью, Ланни успел справиться со своим волнением, и у мадам тоже поправилось самочувствие. Он рассказал своему семейству, что он пытался провести эксперимент с заинтересованным человеком, но эксперимент прошёл не убедительно, возникли определенные вопросы, которые должны были быть изучены, а потом может состояться второй эксперимент. Об этом он расскажет им позже. Это далеко не всех удовлетворило, но он стоял на своём. Но довольно скоро начались и другие сеансы, и возникали другие вопросы. Иногда Бьюти и Ирма спрашивали: «Кстати, что случилось дальше с этой историей в Дьеппе?» Ланни отвечал: «Она ещё далека до завершения».

От Захарова он не получил никакого ответа.

Белоснежная яхта Бесси Бэдд остановилась и спустила паруса или, если быть точным, её приводил в движение дизельный двигатель. Её ждали в Бремерхафене владелец и его младший сын. Оба были горды и счастливы, особенно последний, потому что он был отцом, и его отцовство было для него новым и радостным. Как Фредди обожал свою нежную и милую жену, и как он дрожал от восторга, любуясь на крошечное существо, которое они создали! Почти три месяца прошло с тех пор, как он видел их обоих, и новорожденный сильно изменился за это время. Другие Робины, в том числе Бесс и няня, радовались счастью Фредди и наблюдали, как он поднялся на борт и устроил шоу, которое не отвечало англосаксонским нормам.

Все они имели право радоваться, потому что этот прекрасный младенец был выставочным образцом их так тщательно оберегаемой молочной фермы. И отец, и дед должны были заявить об отсутствии у них болезней, прежде чем их пустили на борт, а там не разрешались никакие заразные поцелуи, не деморализующие ласки, тисканья или щекотания. Надо вымыть руки перед тем, как разрешить младенцу хвататься за палец, потому что можно заметить, что первое, что он сделает, это потянет собранные на пальце бактерии в рот.

Фредди усердно работал круглый год, и заработал желанную степень доктора. Он был красивым парнем, не таким высоким, как его брат, но с такими же большими темными глазами и серьезным выражением лица. Ему не хватало стремления к достижению цели, как у Ганси. Он никогда не собирался стать известным человеком, только серьезным студентом и учителем, преданным мужем и отцом. Его убеждения не были такими Красными, как у Ганси и Бесс, он был ближе к убеждениям Ланни. Он еще питал надежды на немецких социал-демократов, несмотря на их робость и отсутствие компетенции, которые они демонстрировали. Фредди говорил, что он изучает буржуазные экономические науки, чтобы быть в состоянии объяснить рабочим их ошибочность. Он и несколько его молодых друзей уже создали вечернюю школу по образу проекта Ланни на юге Франции. Беспартийный проект, его принялись критиковать как социалисты, так и коммунисты, к сильному разочарованию Фредди. Рабочие были выстроены для классовой войны, и там не было места для оставшихся между траншеями.