За Стесселем на крыльцо вышел и генерал Смирнов. Увиденное поразило его не меньше, чем Стесселя.
Эскадра тем временем медленно, но уверенно, как один корабль, проходила фарватер.
– Анатолий Михайлович, да он же гений!..
Стессель опустил бинокль.
– Действительно: или гений, или самоубийца, – отозвался он.
За выходом эскадры в море в полном составе наблюдали многие в крепости.
Кондратенко с капитаном фон Шварцем в это время находился на утесе Электрический. Они выбирали площадку под новую батарею морских орудий, которые должны были подвезти сюда с минуты на минуту.
Фарватер с утеса просматривался как на ладони. Первым его прошел миноносец «Аскольд» и, увеличив ход, двинулся на внешний рейд, сходу занимая боевую позицию. За ним почти вплотную шел бронированный крейсер «Петропавловск» и тоже, как «Аскольд», повторил его маневр.
Капитан фон Шварц хлопнул в ладони.
– Вот это да!.. Такого я еще не видел!.. Роман Исидорович, вы посмотрите!..
– Вижу, вижу, батенька мой, – ответил Кондратенко. – Учиться у них надо.
Капитан фон Шварц возразил:
– На войне поздно учиться…
– Учиться никогда не поздно, – назидательно сказал Кондратенко. – И лучше на чужих ошибках…
…В конце недели Стессель снова провел совещание командования крепости с участием адмирала Макарова. Днем раньше японские корабли с дальнего расстояния в течение часа бомбили город и крепость тяжелыми снарядами, причинив во многих местах серьезные разрушения.
Стессель был явно подавлен.
– Анатолий Михайлович, – обратился к нему Макаров, когда уже все высказались, – а почему молчали крепостные орудия? Если бы ваша артиллерия поддержала эскадру, японцам, я думаю, было бы сложнее вести огонь.
Стессель, с трудом сдерживая раздражение, парировал:
– Давайте этот вопрос зададим начальнику крепостной артиллерии генералу Белому.
Многим офицерам стало не по себе. Кондратенко опустил глаза. Ему было стыдно и досадно за Стесселя.
Генерал Белый встал и спокойно ответил, обращаясь к Макарову:
– Степан Осипович, вы правы, но у нас нет стальных сегментных снарядов, которые бы обеспечивали дальность стрельбы. Еще полгода тому назад я обращался в Петербург в артиллерийское ведомство с просьбой обеспечить артиллерию крепости необходимым количеством таких снарядов, однако мне ответили, что крепостные орудия не могут стрелять на более дальнее расстояние, чем предписано в инструкциях.
Генерал Белый сел, а Стессель достал носовой платок и вытер взмокшую шею.
– Степан Осипович, вы удовлетворены ответом? – спросил он.
– Нет, Анатолий Михайлович, – неожиданно для всех ответил Макаров. – Это отговорка. Я предлагаю сегодня же провести пробные стрельбы нашими снарядами.
Стессель недоверчиво посмотрел на адмирала Макарова, потом перевел взгляд на генерала Белого.
– Степан Осипович, мы стреляем только чугунными снарядами с уменьшенным зарядом…
Предложение Макарова меняло тактику обороны крепости. Стессель это понимал. Но его настораживало то, что в Петербурге могут не одобрить идею стрелять на большие расстояния снарядами для этого не предназначенными.
Макарова поддержал генерал Кондратенко.
– Анатолий Михайлович, адмирал Макаров прав. Отказав нам в помощи, артиллерийское ведомство не запретило нам искать возможность по усовершенствованию стрельбы по целям противника…
– Я тоже так думаю, – неожиданно для самого себя согласился с мнением Кондратенко Стессель. – Ответственность за пробные стрельбы я возлагаю на генерала Белого… Господа, все свободны.
…На исходе дня с Тигрового полуострова громыхнул выстрел шестидюймовой мортиры. Снаряд с угрожающим гулом ушел в море, где в восьми милях от берега стояла канонерская лодка для наблюдения за падением снаряда.
Через две минуты после выстрела с канонерки просигналили: снаряд упал далеко за пределами восьми миль от берега.
Когда Стесселю доложили об этом, он с облегчением перекрестился.
– Слава тебе Господи! – выдохнул он. – Теперь мы им покажем, где раки зимуют…
Продолжая выполнять обязанности начальника морского штаба, контр-адмирал Витгефт ни на минуту не забывал, что отныне его дальнейшая судьба зависит от нового Командующего флотом. Поэтому Витгефт делал все, чтобы штаб работал как часы.
Побывав на всех кораблях, Макаров отстранил от должности почти половину из командиров.
…Неожиданный скандал разразился, когда Макаров перевел командира броненосца «Цесаревич» на другую должность, а вместо него назначил бывшего командира «Ермака» капитана 1 ранга Васильева.
Читать дальше