Энтони Ричес - Клык леопарда

Скавр сделал глоток вина и, смочив пересохшее горло, заговорил снова:

– Итак, завтра на рассвете подъем – и в поход! Мы пойдем на запад. Утренний марш-бросок приведет нас к соединению с дорогой, которая ведет на юг, к поселению треверов. Затем мы свернем на юг и переправимся через Мозу. К концу дня я рассчитываю подойти почти к самому лесу. Там мы станем лагерем, на тот случай, если вдруг они заметят наше приближение и захотят напасть на нас. На следующий день начнем движение к логову. Благодаря нашему разведывательному отряду из первой тунгрийской когорты мы теперь знаем, где оно расположено. Вот здесь, недалеко от реки. – Скавр указал на карту. Быстро посмотрев на других центурионов, Марк поймал на себе выразительный взгляд Тита. Незадолго до начала тот подошел к Юлию с кривой улыбкой и, положив Трибулу на плечи огромную лапищу, буркнул:

– Однозубая шлюха, говоришь? Хитро придумано, брат!

Между тем Рутилий Скавр продолжил излагать свой план. В свете факелов в его лице было что-то ястребиное.

– Всегда было логично предположить, что Обдурон и его банда действуют откуда-то с края леса. Сделав свои черные делишки, они должны как можно скорее укрыться в его чаще. Но теперь мы знаем, где их искать. Вот здесь. – Он постучал указкой по карте. – Всего в нескольких сотнях шагов от реки, на главной лесной тропе, которая ведет на запад, пока не соединяется с дорогой южнее от столицы треверов. Но эта близость к дороге имеет и свою обратную сторону. В результате их логово легко отыскать и проще атаковать, чем если бы оно было в глубокой чаще. Это хорошие новости. Плохие же новости – то, что у них наверняка есть второй лагерь в глубине леса и на возвышенности, куда они могут отступить, если мы нападем на первый. Возможно, этот второй построен на холме и надежно укреплен. Более того, по всей вероятности, подходы к нему изобилуют ловушками. Предположу, что как только бандиты узнают о нашем приближении, они разбегутся во все стороны и отойдут на запасные позиции. И как только они это сделают, ловить станет все равно что пытаться загнать в бутылку дым. Из чего вытекает наша основная задача: мы должны постараться взять лагерь бандитов в плотное кольцо, прежде чем они успеют его покинуть, и не снимать осаду, пока они не сдадутся или не перемрут. Меня в равной мере устроит и то и другое. План предназначается лишь для ушей присутствующих в этой комнате и будет доведен до сведения остальных позже. У меня все, господа. Возвращайтесь в свои центурии и проследите за тем, чтобы, когда мы завтра выступим в поход, ваши солдаты были в боевой форме. А пока поднимем наши кубки! – Рутилий поднял чашу с вином. – За успех! За нашу победу!

Центурионы дружно поддержали его, подняв чаши, – каждый осушил свою до последней капли. В комнате на пару мгновений воцарилась тишина, которую потом нарушил один из армейских центурионов.

– Ты готов к завтрашнему сражению, трибун? Мне казалось, твоя цель – сразиться с бандитами послезавтра?

Скавр хмуро кивнул и с холодной улыбкой посмотрел на центуриона.

– Так и есть. Но наш военный опыт показывает, что независимо от того, кто твой враг, он обычно нападает в самое неподходящее время. Вполне может статься, что уже завтра, нравится нам это или нет, мы будем вынуждены пустить в ход оружие.

– В этом вся гребаная армия. Сначала мы целую неделю надрываем яйца, строя казармы, чтобы укрыться от дождя, так как наши палатки все насквозь дырявые, но стоит закончить работу, как начальство решает, что нам неплохо провести несколько дней в походе на свежем воздухе. Не знаю, чья эта гениальная идея, но этому гению следует проверить у лекаря голову. Я считаю, что… – Меченый внезапно умолк, так как над его плечом склонилась чья-то высокая фигура. Он поспешил вытянуться в струнку, тем более что властный голос вкрадчиво шепнул ему на ухо:

– Я считаю, что будет лучше, если ты оставишь свое мнение при себе, солдат. У каждого воина есть право жаловаться – так часто и долго, как он того пожелает. Однако это право действует лишь в том случае, если его никто не слышит. Услышь я такую жалобу на самом деле, я бы тотчас применил к тебе соответствующее наказание.

Меченый залился краской и застыл в молчании, глядя на ряд новых казарм, перед которыми маршировала его когорта. Ни для кого не было секретом, что опцион девятой центурии Кадир был в то утро далеко не самым счастливым человеком, особенно если учесть пронизывающий ветер, который налетел на Тунгрорум накануне вечером. Однако на то он и ветеран, чтобы знать, когда с начальством лучше не спорить.