Дик Вайс - Клеопатра

Как только колесница загрохотала по мостовой, его внимательный взор подметил необычную картину: большое скопление людей в это раннее время. Город еще не проснулся, но жителей его высыпало на улицы гораздо больше, чем обычно. Любопытно, многие из горожан находились без движения, будто неодушевленные манекены, создавалось ощущение, что они замерли, как в детской игре в ожидании указания. Не успев понять что бы это значило, его взгляд наткнулся на сгорбленную старуху, одетую в грязное тряпье, которая, прижимая к груди какой-то сверток, резко выдвинулась навстречу колеснице.

– Пошла прочь старая карга, – громко выругался Марк, однако женщина никак не прореагировала.

– С дороги! Ты что оглохла, глухая шлюха? – грозно прорычал римлянин. Старуха подняла голову и ощерила свой наполненный сгнившими зубами рот в безобразной улыбке. На ее изжеванном лице, увенчанным крючковатым носом, сверкнули черные, как угли, глаза.

– Будь ты проклят, собака – римлянин, – прошипела она и резко бросила под колеса его колесницы свой сверток.

Марк Тулий Северус оторопел от такой наглости. Желая покарать эту ведьму, он повелел вознице остановиться и спрыгнул с колесницы, но она вдруг упала на колени и заголосила на всю улицу пронзительно и тошно, словно умалишенная.

– Убийца! Что ты наделал, поганый чужестранец. Ты убил мою Анат!

И тут улица резко ожила. Те самые безмолвные фигуры статистов, теперь стали двигаться и они, как по команде, направились к старухе, а некоторые даже побежали, крича на ходу:

– Что случилось? Что произошло?

– Он переехал бедное животное. Он погубил мою кошку, – причитала старуха.

– Убита священная кошка? Не может быть! Гору тому, кто сделал это!

Бежавшие люди извергали проклятья, как вулканы раскаленную лаву. Их было много, несколько десятков. Кто – то уже потрясал дубиной, у некоторых в руках были камни.

– Что ты врешь, старая, ты сама кинула ее под колеса, – пытался образумить безумную Марк, но это было тщетно, его никто не слушал. Люди, угрожая, начали окружать римлянина, не слушая его оправданий. Вскочить на колесницу уже было поздно, ее обступила толпа, которая все увеличивалась. Римлянин крутил головой, пытаясь найти своего слугу, но видел только храпящих от страха лошадей, да налитые кровью, перекошенные от ненависти лица египтян.

Понимая, что он находится в смертельной опасности, римлянин выбрал единственное правильное решение и побежал по направлению к своему дому, считая, что его стены спасут от расправы. Вслед за ним ринулась толпа.

Свидетелями этой сцены была небольшая группа вельмож, которая оказалась по стечению обстоятельств совсем рядом.

– Что произошло, почему эти люди гонятся за этим господином? – пытался узнать причину произошедшего один из них, маленького роста юркий иностранец. Он схватил одного из бегущих людей за руку:

– Кто мне скажет, что у вас тут произошло?

– Римлянин убил кошку, – крикнул тот ему на бегу. – Понимаете, священную кошку, и теперь ему – смерть.

– Это и впрямь серьезное преступление, – обьяснил ситуацию Диодору, так звали любопытного, его спутник – тучный господин, с копной густых волос на голове.

– Жители нашей страны воздают особые почести кошкам, собакам, волкам и даже крокодилам. Животных этих кормят изысканной пищей, им подносят каши, отваренные в молоке, всевозможные печенья, смазанные медом, всячески ухаживают за ними. Их моют теплой водой и умащают лучшими благовонными мазями, приготовляют роскошнейшие ложа и красивые украшения. Животное в египетской семье, и особенно кошка, священно. Если оно умирает своей смертью, его оплакивают, как оплакивали бы умершего близкого. А если кошку убьют, то этот человек заплатит за это преступление своей жизнью.

Диодор слушал, затаив дыхание.

– Достопочтенный Потин, вы открываете все новые и новые удивительные стороны вашей страны. Я особенно благодарю вас за предложение, касающееся сегодняшней прогулки. Кто бы мог ожидать, что мы станем очевидцами этого события. Однако можно ли как то помочь этому человеку?

– Боюсь, что ничто на свете не спасет этого несчастного от его гнусного поступка, – в тонком голосе Потина зазвучали металлические нотки.

Между тем беглец добрался до своего особняка, забежав в ворота. За ним по пятам гналась озлобленная толпа. Единственное, что он успел, закрыться в своем доме, который был окружен со всех сторон египтянами.

В стены, окна дома сразу же полетели камни, дверь стали выламывать. Особняк не был предназначен для осады, и еще минута, другая, и штурмующие его ворвались бы внутрь. Но тут для римлянина забрезжила надежда на спасение. Внезапно вмешалась городская стража. Узнав о беспорядках, они попытались взять ситуацию под контроль и несколько оттеснили обезумевшую чернь.