Дэвид Кертцер - Похищение Эдгардо Мортары

В ответ на это воззвание члены поспешно созванного временного правительства Болоньи провозгласили приверженность города Войне за независимость и желание присоединить Болонью к Сардинскому королевству. В ту ночь в окнах по всему городу горели свечи и газовые рожки по случаю падения папского режима, толпы людей высыпали на улицы, празднуя приход свободы. В воздухе звенели популярные мелодии: между домов шествовал городский оркестр, а за ним, освещая ему путь, — вереница горожан с высоко поднятыми факелами [264] Мое описание событий, связанных с уходом австрийских войск из Болоньи, основано в первую очередь на: Bottrigari, Cronaca , vol. 2, pp. 460–464. .

Австрийские войска ушли в воскресенье, Троицын день, когда совершалось миропомазание. Несмотря на начавшиеся беспорядки, болонские дети, которым положено было проходить обряд конфирмации в том году, нарядились в белое и явились к Болонскому собору. Там дети увидели странное, почти фантастическое зрелище, как вспоминал об этом много лет спустя один из тех детей.

Альберто Даллольо заметил, что творится нечто странное, когда они вместе с дедушкой шли, держась за руки, к собору неподалеку от центральной площади. В их сторону двигалась шумная процессия. Люди выкрикивали — явно радостно — какие-то странные слова, смысла которых мальчик не понимал. Возглавлял шествие возбужденный человек, который, размахивая белым флагом, направлялся к площади. Когда они приблизились, один из участников процессии подозвал деда Альберто и вытащил из коробочки какую-то яркую цветную ленточку. Он прикрепил эти ленточки к петлице дедушкиного пиджака, а потом повернулся к мальчику и приколол такую же трехцветную кокарду к его одежде. Вот так, с кокардой на конфирмационном наряде, Альберто и вошел в собор Сан-Пьетро. Должно быть (писал он позже), он произвел тогда очень неприятное впечатление на кардинала Вьяле-Прела! [265] Alberto Dallolio, «Bologna nel 1859», в: Bologna nella storia d’Italia (1933), p. 163.

Действительно, сам архиепископ оказался в немыслимом положении, крайне унизительном для него. Если кардинал-легат мог просто бежать, то у архиепископа такой возможности не было. Ведь он был пастырем народа и нес ответственность за души всех людей в своей епархии. И его присутствие именно там, где он находился, было совершенно необходимо, чтобы защищать церковь и папу, подвергшихся безжалостному нападению.

В день ухода австрийцев к архиепископу явилась делегация аристократов и других членов временного правительства, чтобы заверить кардинала, что ему ничто не угрожает и он сможет беспрепятственно выполнять свои религиозные обязанности. Однако кардинала Вьяле-Прела не так-то легко было переманить на свою сторону. В его глазах новые правители являлись незаконными узурпаторами папской власти, и он не признавал за ними права командовать. Кардинальская газета L’osservatore bolognese , рупор затеянной им кампании религиозного обновления, была закрыта по распоряжению нового правительства в связи с обвинением в подрывной деятельности [266] Fantini, «Un arcivescovo bolognese», p. 220; см. также Fantini, «Il clero bolognese nella crisi del 1859–60», Bollettino del Museo Del Risorgimento di Bologna 3 (1958): 109–161. .

Первые акты неподчинения, совершенные архиепископом, объяснялись глубокой неприязнью к мятежникам и их кощунственному поведению в отношении церкви. К тому же он питал надежду, что недалек день расплаты, когда надлежащий порядок будет восстановлен, а бунтари получат по заслугам. В Риме кардинал Антонелли, получая одно за другим известия о неудачах, рассуждал о событиях 1859 года в категориях, сложившихся еще во время восстания десятилетней давности. Через месяц после падения папской власти в Болонье британский военный атташе Одо Рассел сообщал в своем письме в Лондон:

Его преосвященство государственный секретарь, который также является военным министром, сказал мне вчера, что в начале войны в папской армии насчитывалось около 8000 человек: 2500 дезертировали и перешли в пьемонтскую армию, так что теперь в войсках его святейшества остается всего 5500 человек. Кардинал формирует новые полки, и очень активно ведется вербовка новобранцев, потому что поставлена цель: довести папскую армию до ее нормальной численности, которая должна составлять 14 тысяч человек.

Набор должен быть завершен к концу года, и кардинал Антонелли заверил меня, что искренне надеется, что к тому времени добьется ухода французской оккупационной армии из Рима и Чивитавеккьи, о чем он мечтает теперь более, чем когда-либо. Французское правительство уже добилось от короля Виктора Эммануила отзыва маркиза д’Адзельо из Болоньи. Следующим шагом, как он надеется, станет вывод пьемонтских войск из легаций, а когда это произойдет, то, как полагает его преосвященство, не составит труда напасть на эти мятежные области и отвоевать их. По просьбе императора он отказался от идеи разорвать дипломатические отношения с Сардинией и, в свой черед, ожидал, что Франция поддержит порядок по эту сторону Апеннин, пока папские войска будут осуществлять подчинение легаций.