Уинстон Грэхем - Демельза [litres]

– Да, – кивнул Марк.

– Ты говорил об этом с Керен?

– Нет, мэм. Не смог. Духу не хватило. Мы ведь только восемь месяцев как женаты. Я вон дом для нее построил. Просто не могу заставить себя в такое поверить.

– Ну и не верь, – сказала Демельза. – Если не хочешь спросить жену прямо, тогда забудь и больше об этом не думай. У нас злых языков хватает. Шипят, как змеюки. Ты, может, слышал, что про меня болтают?

– Нет, – покачал головой Марк. – Я никогда не обращал внимания на такие разговоры… пока…

– Так не обращай и сейчас. Марк, представляешь, ходили разговоры, будто капитан Полдарк – отец старшего сына Джинни! И все из-за того, что у них одинаковые шрамы.

– Не слышал, – сказал Марк и сплюнул под ноги. – Простите, мэм, но это вранье. Я знаю, что вранье, и любой человек в здравом уме так же скажет. Грязная ложь.

– Да, но, если бы я стала думать, что это может быть правдой, я бы вся извелась, как ты. Понимаешь, о чем я, Марк? – спросила Демельза.

Марк смотрел на нее с высоты своего роста. Парень еще сомневался, но уже было заметно, что ему стало легче. Потом он взглянул на свои руки:

– Я чуть не задушил того, кто мне все это рассказал. Погорячился, наверное. Я последние два дня и работать-то толком не могу.

– Представляю, что ты чувствовал.

Слова поддержки заставили Марка снова усомниться.

– Понимаете… она такая красивая, такая утонченная девушка. Я ее не достоин. Может, не надо было мне уговаривать ее выходить за меня? Но очень уж я хотел сделать ее своей женой. А Керен слишком хороша для того, чтобы стать женой шахтера. И когда я это понял, то потерял покой. Я стал думать плохое, подозревать всякое. А потом поползли эти слухи. И один парень, которого я считал своим другом, отвел меня в сторонку и сказал… он сказал… Тут легко ошибиться, миссис Полдарк, можно поверить в неправду. – Марк задумчиво посмотрел на море. – Грязная ложь. Если они… Я могу не выдержать. Помогите мне. Я сам не смогу. Не переживу, если Керен уйдет к другому. Не выдержу… – У Марка дрогнул подбородок. – Спасибо вам еще раз, мэм. Я перед вами в долгу. Я все забуду и начну заново. Может, я зайду повидаться с капитаном Полдарком, когда он вернется. А может, мне и ваших слов хватит. Хорошего вам дня, мэм.

– И тебе тоже, Марк.

Демельза стояла на берегу и смотрела, как высокая фигура молодого шахтера удаляется на восток, к песчаным холмам, в сторону его дома.

А потом она и сама пошла обратно в Нампару.

С кем, интересно, могла связаться Керен? Хотя Демельза и утешала Марка, однако в душе она была готова поверить, что жена ему и впрямь изменяет. Вот только с кем? Керен ведь не желает знаться с деревенскими.

Демельза решила, что расскажет обо всем Россу и посмотрит, как он на это отреагирует. Пожалуй, поговорить надо не с Марком, а с его женой. Если Дэниэл их застукает, бедняжке остается только посочувствовать. Надо бы предупредить Керен о том, что муж ее подозревает. Тогда она хотя бы испугается, и, возможно, удастся предотвратить трагедию. Да, надо не забыть рассказать обо всем Россу.

Забравшись на стену возле пляжа, Демельза увидела, как Росс спешивается со Смуглянки и собирается войти в дом. Она со всех ног помчалась по склону, и все мысли о Марке и Керен мигом вылетели у нее из головы.

Когда Демельза вбежала в дом, Росс уже снимал перчатки в гостиной.

– Росс! – воскликнула она. – Я думала, что ты уже никогда не приедешь. Я думала…

Он обернулся.

– Ой, Росс! Что случилось?

– Джинни еще не пришла?

– Не знаю. Вроде нет.

Росс сел:

– Я повстречал Заки. Наверное, он ей уже все рассказал.

– О чем рассказал?

Росс посмотрел на Демельзу:

– Джим умер.

Демельза запнулась и опустила глаза, потом подошла к мужу и взяла его за руку:

– О, дорогой… Мне так жаль. Бедная Джинни. Росс…

– Тебе не следует ко мне подходить, – сказал он. – Я мог заразиться в тюрьме.

Но Демельза не обратила внимания на предостережение, она придвинула свой стул ближе и снова посмотрела на мужа:

– Что случилось? Ты видел Джима?

– У нас есть бренди?

Демельза встала и принесла ему бутылку. Она заметила, что Росс и так уже прилично выпил.

– Картера перевели в Лонстон, – сказал он. – Когда мы его нашли, у него была лихорадка. Я бы эту тюрьму спалил дотла. Так вот, Джим был болен, и мы его оттуда забрали.

– Забрали из тюрьмы? Но как?

– Очень просто: тюремщик был один, а нас двое, и он не стал возражать. Мы перенесли Джима в амбар неподалеку, и Дуайт сделал для него все, что мог. Но еще в тюрьме один горе-доктор пустил Джиму кровь, и у бедняги началась гангрена. Надо было срочно ампутировать руку, пока гангрена не распространилась дальше.