Росс Лэйдлоу - Юстиниан

Для тех, кто любит «героических» исторических персонажей, я хотел бы подчеркнуть, что всё, сказанное выше, — лишь теория. Раньше среди историков «кошерным» считалось мнение, что Феодора сама придумала свою речь. Для тех же, кто любит историю «без прикрас», аргументы Брубейкера подкрепляются ссылками на вполне убедительные версии на основе серьёзных исследований, представленных Элизабет Фишер и Эверилом Кэмероном в конце XX века.

Остаётся не до конца прояснённым вопрос: если не Феодора, то кто же всё-таки заставил воспрянуть духом деморализованную группу, состоявшую из императора и его верных подданных, до такой степени, что они смогли остановить Никейское восстание?

Хотя общество Либертас (см. главу 14 и далее) является вымышленным, было очень заманчиво предположить, что подобное тайное общество МОГЛО существовать и Прокопий мог быть вовлечён в его деятельность. Разумеется, лучшего времени для этого и представить нельзя. Во время Никейского восстания и сразу после него Юстиниан (я надеюсь, из текста это вполне ясно) был крайне непопулярен буквально во всех слоях общества — особенно же среди наиболее влиятельных сенаторов, которые могли бы обеспечить нового лидера деньгами и поддержкой. Мой персонаж Аникий Юлиан имеет свой прототип: это Аникия Юлиана, дочь императора Западной Римской Империи Олибрия, представительница богатой и влиятельной семьи Аникиев. Она была представительницей западноримской диаспоры в Константинополе, её сын был одним из тех сенаторов, которых сослали после восстания.

Ни одна из проблем, спровоцировавших восстание, не была решена, и не было никаких оснований считать, что в ближайшее время что-то изменится. В прошлом недовольство властью тиранов и дурных правителей приводило к тому, что их свергали (обычно — союз военных и сенаторов), как было с императорами Нероном, Коммодом и Валентинианом III.

Кстати, римский Сенат — особенно в Восточной Империи — часто изображают сборищем этаких беззубых тигров, которые годятся только на то, чтобы одобрять указы императора. Это впечатление обманчиво. Исторический факт: все правители, игнорировавшие решения Сената, отстранялись от должности «с чрезвычайным ущербом» — если использовать старомодный и загадочный эвфемизм, любимый американскими секретными службами. Даже в последние дни Западной Империи у Сената было ещё достаточно влияния, чтобы заставить императора Авитуса отказаться от слишком миролюбивой позиции по отношению к варварам. Хотя власть Сената как института была сильно ослаблена Юстинианом, представители того класса, который составлял его основу, оставались самой влиятельной прослойкой общества, и со стороны любого императора было бы крайне глупо их игнорировать или враждовать с ними.

Учитывая — чисто гипотетически, — что организация типа Либертас могла существовать (более того, удивительно было бы, если бы после восстания такой организации НЕ существовало), достаточно легко связать с ней Прокопия. Был ли он при этом агентом, шпионом или «пятой колонной» — не так важно. Играя подобную роль, он становился бы истинным подарком для любого автора исторических романов.

Мы знаем, что он ненавидел и презирал Юстиниана («Он без всякого смущения нарушал закон, если на горизонте маячили большие деньги» — это одно из самых мягких высказываний в «Тайной истории»). И, поскольку возможность причинить Юстиниану вред у него была, трудно представить, чтобы он по доброй воле отказался сделать это. Организации, подобные Либертас, ухватились бы за него обеими руками, поскольку Прокопий (входя в свиту Велизария [163] Прокопий не слишком уважал Велизария (как видно из «Тайной истории», где он говорит о «презренном поведении» полководца), так что наверняка не постеснялся бы предать его. во время африканской и итальянской кампаний и став позднее префектом Константинополя) идеально подходил для того, чтобы причинить максимум вреда. Иначе... как объяснить следующее?

I) Кто начал мало-помалу распускать слухи о Велизарии, в результате которых Юстиниан проникся самыми чёрными подозрениями во время кампании против вандалов [164] «Частная переписка... подтвердила злонамеренное стремление завоевателя Африки... пойти на сговор с целью воссесть на престол вандалов... Юстиниан не пресекал эти слухи; его молчание было продиктовано ревностью, а не доверием» (Гиббон). , а затем и вовсе отозвал Велизария?