Саймон Терни - Калигула

Будучи римской патрицианкой без власти и влияния, я оставалась практически невидимой для большинства населения Рима. Не находись я под опекой, а точнее, под надзором императора, то жила бы сейчас в римском домусе Виниция и заправляла бы хозяйством, как положено добропорядочной супруге. Хорошо это или плохо – я все никак не могла решить. Несмотря на краткость нашего знакомства, я скучала по обществу мужа, но по природе своей не была хозяйкой, и эта сторона супружеской жизни сводила бы меня с ума. Так или иначе, я пребывала на Капри одна, без мужа, и по причине моей сравнительной незначительности Макрон и его супруга попросту не видели меня в ряду встречающих на пристани.

Император, конечно же, не приехал. Позабудем рассказы о том, что Тиберий никогда не покидал Капри. Все гораздо хуже: за все время нашего пребывания на острове он ни разу не покинул пределов виллы Юпитера. А раз уж император сидел на вилле безвылазно, то там же вынуждены были сидеть и противный юнец Гемелл, и убийца Геликон. Вот почему встречать нового префекта преторианской стражи поехал Силан, тесть Калигулы, во главе небольшой группы обитателей острова.

Итак, на пристани находился сам Силан, все еще осунувшийся от горя, но постепенно приходящий в себя. Нерастраченную отцовскую любовь он теперь направил на Калигулу, и за три месяца мой брат сблизился с ним почти так же, как с Лепидом в Риме или как с Юлием Агриппой в доме нашей прабабки. Попутно он учился у опытного сенатора маленьким секретам государственного управления. Кроме Силана, Макрона встречали Калигула и мы с Друзиллой. Сестре удалось оттеснить меня и приклеиться к локтю брата, упивающегося ее присутствием. Само собой, с нами был и Лонгин, ее муж. Не мог же он пропустить прибытие второго по влиятельности человека в империи, раз все его попытки заслужить благосклонность императора ни к чему не привели! С большим облегчением я увидела, что Друзилла, несмотря на свой глубоко несчастный вид, выглядела совершенно здоровой и ухоженной. Значит, Силан не ошибся в своей оценке Лонгина. Он, конечно, не Лепид, но все же не распускает руки, как Агенобарб.

Мне стало интересно, что думают окружающие о моем муже. Пока мы пробыли вместе всего одну неделю, но теперь, будучи в расстроенных чувствах, я понимала, что мне не хватает крепкого мужского объятия. Та короткая неделя изменила мой взгляд на мир, ибо я больше не была девочкой и, узнав, что такое возлечь с Марком, хотела повторения. Я гадала, чем он занят, чем живет и не является ли данное ему поручение обустроить Палатин сигналом о том, что император подумывает о возвращении в Рим. Это было бы разумно, ведь Сеяна больше нет.

Помимо нас пятерых, на берегу выстроился отряд местных преторианцев, возглавляемый суровым командиром. Макрон при виде Силана просиял и поспешил стиснуть руку старинного приятеля в сердечном рукопожатии. Вслед за супругом к нам подплыла, словно на облаке, обворожительная Энния с теплой улыбкой и плотоядным взглядом. Силан, по-видимому, обрадовался встрече не меньше префекта, а когда они наконец разомкнули объятия, Макрона представили Калигуле.

– Юный Гай, приятно познакомиться! – воскликнул префект. – Я высоко чтил Германика. Еще до твоего рождения мы с ним вместе служили в Паннонии. Он был хорошим человеком и сильно повлиял на меня. Нет слов, чтобы в полной мере выразить свою скорбь в связи с тем, что произошло с твоей семьей из-за моего предшественника. Да сгниет он в Тартаре!

Я подметила, что мой брат сначала оценивающе оглядел нового префекта, а потом открыто улыбнулся: он решил, что Макрону можно доверять. Ну, хотя бы жена префекта не вызывала в нем подобных чувств. Похоже, он, как и я, уловил ее хищную ауру. Но что же свело вместе Макрона и эту пантеру в человеческом обличье?

Брат представил гостям меня и Друзиллу. С нами обеими вежливо поздоровались и тут же стерли из памяти как не имеющих никакого значения. Лонгин весь извелся от нетерпения, он переминался с ноги на ногу и чуть не подпрыгивал в предвкушении важного знакомства. Я уже начала бояться, не взорвется ли он, если его так и не представят. К счастью, Силан произнес необходимые слова. Осчастливленный супруг моей сестры изливал подобострастные восторги до тех пор, пока Макрон не отступил. Силану даже пришлось отвести навязчивого Лонгина в сторону.

Потом мы подошли к повозкам и расселись. Силан и префект с женой в одной, трое детей Германика и возбужденный Лонгин в другой. Почти час нас трясло и швыряло на подъеме к вилле Юпитера. Макрон, как все, кто впервые попадал сюда, поражался дурному состоянию дороги. В дверях виллы нас ждал управляющий с небольшой армией рабов, которые тут же принялись заносить багаж гостей, уводить от ворот повозки и тягловых животных, принимать дорожные накидки и так далее. Управляющий же сообщил нам, что император в настоящее время занят и не может приветствовать Макрона, но обещает встретиться с ним за вечерней трапезой и тогда окажет гостю достойный прием.