Якоб Тик - Зигфрид

Куни и Гендиро побледнели.

— Что вы говорите, матушка? — закричала Куни. — Вы меня напугали даже… Кто вам наговорил такое? Ничего подобного не было! Страшно подумать…

— Не надо запираться, — сказала Рита. — Я все знаю. Признавайся, не скрывай ничего.

— Гендиро, кто мог оговорить нас? — сказала Куни.

Гендиро уже пришел в себя.

— Это оскорбительное подозрение, матушка, больше ничего, — произнес он с достоинством. — Чтобы я, рыцарь Гендиро, убил соседа и обворовал его? Кто вам сказал об этом? Ничего этого я не делал!

— Нет-нет, не отрицайте, — сказала Рита. — Я встретила нежданно-негаданно человека, с которым не виделась много лет… Он рассказал мне все.

— И кто же это такой? — осведомился Гендиро.

— Он был слугой в доме господина Сигмунда. Его зовут Коскэнд.

— Коскэнд! Этот негодяй Коскэнд, — простонал Гендиро.

— Это мерзавец! — закричала Куни. — Он украл у господина сто золотых! Он что угодно мог выдумать! Разве можно верить хоть одному слову этого хама? И откуда ему знать, что творится в господских покоях?

— Молчи, Куни, — сказала Рита. — Этот Коскэнд — мой сын!

Куни и Гендиро в ужасе отшатнулись.

— Семнадцать лет исполнилось с тех пор, как я стала женой хозяина этого замка, — продолжала Рита. — Но первого моего мужа звали Куро-дракон. Он был вассалом короля, служил у него и получал деньги. За пьяное буйство его прогнали со службы, и мы жили в подворье храма. Мой старший брат был человеком строгих правил и заставил меня расстаться с мужем. Он считал, что лучше мне вернуться на родину, чем быть женой пьяницы и буяна. Я не могла его ослушаться, оставила четырехлетнего сына и поселилась затворницей. Спустя два года я вышла замуж за твоего отца, Куни. И вот нынче я нежданно встретилась со своим сыном Коскэндом. Кровь у нас одна, мы говорили откровенно, и я узнала, что вы убили рыцаря Сигмунда, присвоили его деньги, оружие и даже одежду и сбежали. Я была испугана. Из-за вас погиб род Сигмунда. Сын мой со слезами на глазах поведал мне, что если он не отомстит, род Сигмунда не будет восстановлен, что ему предназначено найти вас и отомстить. На радостях я обещала ему помочь и сообщила, что вы укрываетесь в моем доме. Это было ошибкой. Коскэнд — мой сын по крови, но он из дома Куро, от которого я отказалась. Я вышла замуж вторично, этот дом стал моим домом, и ты, Куни, стала моей единственной дочерью. Если я, послушавшись голоса крови, помогу сыну казнить тебя, я нарушу тем самым долг свой перед твоим покойным отцом. Я думала об этом всю дорогу сюда. Я не знала как быть. Я поняла, что допустила оплошность. А Коскэнд ехал рядом со мной, то впереди, то позади меня… Он здесь, сегодня ночью он проникнет к вам. Мне не будет прощения, если я дам ему казнить тебя. Признайтесь во всем, и я помогу вам бежать. Гарольд дал мне на поездку тридцать золотых монет. Я истратила немного, у меня осталось двадцать шесть или двадцать семь. Я отдам их вам. Берите их и скорее бегите. Перейдите гору за храмом, выйдете на тракт, оттуда будет дорога через ущелье. В этом ущелье вас никто не заметит. Уходите как можно скорее и затеряйтесь где-нибудь в провинции, а когда сами поймете, какое зло вы совершили, облачитесь в грубые рясы и денно и нощно молитесь за упокой души убиенного вами рыцаря Сигмунда. Может быть, так вы спасетесь… Жаль мне сына родного, моего Коскэнда. Он не будет знать, куда бежали враги, на всю жизнь ему уготована горькая участь скитальца, и дом его рыцаря никогда не восстанет из праха… Когда до вас дойдет, что вы натворили, измените ваши сердца, станьте добрыми людьми… А сейчас бегите скорее!

Она протянула им деньги, и так прекрасен был порыв матери, жертвующей всем во имя долга, что даже эти двое смущенно переглянулись…

— Спасибо, — пробормотала Куни. — Мы не знали… Поэтому мы и молчали… Простите нас…

— Поистине, ваши искренние слова… — подхватил Гендиро. — Да, я совершенно уничтожен… Понимаете, я вовсе не хотел убивать рыцаря Сигмунда, но наша связь была раскрыта, и он напал на меня с пикой в руках… Мне ничего не оставалось… Спасибо, мы понимаем вас, но мы исправимся, непременно исправимся и снова навестим вас, чтобы выразить вам нашу благодарность… Смотри, Куни, нам даже деньги пожаловали, на всю жизнь запомни!..

— Простите нас, матушка! — воскликнула Куни.

— Бегите же скорее, — торопила их Рита. — Скоро ночь, спешите!

Они стали поспешно собираться, как вдруг шторы раздвинулись и в комнату вошел Гарольд.