Якоб Тик - Зигфрид

— Ну что ты болтаешь? — вскричал Том. — Для чего это нам с тобой расходиться? Ведь бабенка эта, она же любовница рыцаря, у нее свой хозяин есть, не станет она со мной все время путаться. Я же просто так, невзначай, спьяна подзакусил ею! Ну я виноват, ну прошу прощения… Ну хочешь, никогда больше не пойду туда? Хочешь?

— Нет уж, ты иди. Раз она от живого мужа до этого дошла, значит, любит тебя. Так что ты уходи к ней…

— Ну что мне с тобой делать… Глупости ведь городишь!

— Нет уж, ты меня отпусти.

Том разозлился.

— Заткнись! — заорал он. — Ты с кем разговариваешь? Кто здесь хозяин? Ко всему делу голова? Что хочу, то и делаю! Сколько полюбовниц мне нужно, столько и буду держать, тебя не спрошу! Не молодая, нечего со своей ревностью соваться!

— Ах, ах, простите, не то сказала, извините великодушно… Хозяин! — презрительно произнесла Минэт. — Всему делу голова! Подумаешь, заважничал! А кем ты был в прошлом году, у рыцаря Гросса на побегушках служил? В каморке ютился? Радовался, когда рыцарь Гросс медяками тебя оделял да старым тряпьем? Забыл об этом?

— Не кричи так, приказчики услышат…

— Пусть слышат! Хозяин, голова, наложницу завел, а кто ты такой — забыл?

— Тише, ты! Ладно, можешь убираться на все четыре стороны…

— И уберусь! Только сначала ты дашь мне сто золотых. Работали вместе, вместе и наживали…

— Еще чего! Раскричалась тут, как разносчик на празднике! Придержи язык!

— Нет уж, я все скажу! Работали мы вместе, я сил для дела не жалела, босиком ходила… А когда у рыцаря Гросса жили? Я ему готовила, прибирала у него, ты же при нем на побегушках состоял, все жаловался, что на вино тебе не хватает… Я по ночам работала, только чтобы на вино тебе заработать! Забыл это? Загордился? Восемь лет я на тебя спину гнула! Хозяин, голова… Смотрите-ка на него! А я вот, чтобы прошлого не забывать, и сейчас в простой одежде хожу, по ночам работаю… Помнишь, как в позапрошлом году весной ты размечтался выпить?

— Тише, ты, тише! Услышат же!

— А мне все равно… Нищими ведь жили, я три ночи из последних сил работала, глаз не смыкала, купила тебе вина. Помнишь, как ты тогда обрадовался? Помнишь, что сказал? Забыл? Ты тогда сказал, что главное в жизни — это жена…

— Перестань орать, — прошипел Том. — Я же сказал, что больше к ней не пойду…

— А вот буду орать!.. И можешь ходить к своей Куни сколько хочешь, мне все равно… Слишком много понимать стал о себе!..

— Молчи, сука! — сказал Том и ударил ее кулаком по голове.

— Дерешься? — со слезами взвизгнула Минэт. — Давай мне его золотых монет, я уйду! Я здесь ни за что не останусь! Кругом полно родственников, затащил меня сюда… У меня здесь никого нет, заступиться некому! Стара я для тебя? С бабами принялся беситься? Деваться мне, мол, некуда, без тебя я с голода помру… А ты мне дай денег, и я уйду!

— Уходишь, так уходи. А денег тебе никаких не будет.

— Ах, вот как? Не будет? А кто придумал выпросить у привидений сто золотых монет?

— Тише, говорят тебе…

— Ничего, ничего, рот ты мне не заткнешь… Все, что теперь нажито, началось с тех денег! Да что говорить! А кто убил Гросса, кто украл крест и закопал в клумбе у источника?

— Тише, сумасшедшая! Услышат ведь!

— Пусть слышат! Пусть меня хватают и рубят мне голову! Тебе тоже несдобровать… Давай мне сто золотых монет, и я уйду от тебя!

— Ну что мне с тобой делать, — сокрушенно сказал Том. — Ну виноват я перед тобой, прошу прощения, что еще? Жили мы с тобой до этого хорошо, жаль, конечно, что ты меня разлюбила, ну раз так, бери тогда лавку и дом целиком себе. Ты, верно, думала, что я с этой бабой собираюсь бежать куда-либо? Не так это. Я наводил кое-какие справки и узнал, что за нею водятся некрасивые дела, так что я и сам хотел уже порвать с нею… А хочешь, давай продадим лавку за двести или триста золотых и уедем отсюда куда-нибудь, пусть опять распустится цветок нашего успеха… Как ты, согласна еще раз все начать босиком?

— Думаешь, мне так уж хочется уходить от тебя? — сказала Минэт, всхлипывая. — Просто ты теперь не любишь меня, вот я и говорила все это… Как-никак восемь лет вместе прожили, и раз ты не собираешься бросить меня, уедем отсюда куда-нибудь вместе…

— Ну вот и хорошо, и не будем злиться друг на друга. Давай в знак дружбы опрокинем по чарке и завалимся в постель.

С этими словами Том взял Минэт за руку и притянул к себе. «Ну тебя, — сказала Минэт, — ну что ты, право…» Как говорится в одном стихе: