На закате писательской жизни А. Кожевников, вспоминая минувшее, с гордостью говорил:
«Я побывал везде. Мечта осуществилась сполна. Дальние дороги помогли мне ее претворить…»
Когда-то писатель даже мечтал приобрести на Урале домик и жить вблизи героев, общаться с ними, но так и не приобрел, но до глубокой старости наш край волновал его душу и тянул к себе.
«Урал открылся мне не только кладовой золота, платины, железа, меди и других полезных ископаемых, — писал он, — а еще богатейшим скоплением, собранием, кладовой особых уральских человеческих судеб, характеров, столкновений, занятий, мечтаний, порождаемых удивительно многообразной уральской природой и такой же историей. Меня больше и больше охватывало увлечение Уралом, все крепло намерение сделать его своей главной темой» {7} 7 Алексей Кожевников. Ветер жизни. Роман. М.: Детская литература, 1975, с. 9.
.
Урал раскрыл перед А. Кожевниковым действительно неисчерпаемое богатство человеческих судеб и характеров, показанных выпукло в таких его книгах, как «Турмалин-камень», «Золотая голытьба», «Каторжники земли», повествующих о революционном движении в крае, о совместной борьбе русского и башкирского народов против царизма.
В 1972 году Алексей Венедиктович совершил длительную поездку по Уралу. Он побывал в Свердловске, посетил Каменск-Уральский и Первоуральск. Жизнь и быт потомственных рабочих и молодежи с прежней силой волновали его писательскую душу. В Первоуральске он дважды выступал в рабочем клубе, битком набитом любознательными читателями, желающими послушать своего почтенного земляка. Писателю было о чем рассказать и вспомнить в рабочей аудитории, которую он хорошо знал и любил.
В пору повторных поездок по Уралу А. Кожевниковым с новой силой завладела неотступная задумка — написать роман о сегодняшней жизни, взглянуть на уральцев глазами старого знакомца, влюбленного в их самоотверженный труд и целенаправленную жизнь. Какими эпическими картинами порадовал бы нас художник слова, сказать трудно, а предугадать можно. Многое приоткрывает название будущего романа — «Дорога», как бы итожившее главную тему отграненной им творческой задумки.
И вновь центральная мысль писателя сосредоточена на главном предназначении державного края России. Она многократно варьируется в записях автора, он как бы ищет ее главный стержень: «Урал открылся мне снова, как золотой пояс моей Родины». Кратка эта запись, как и другие, сделанные в дорожных дневниках. Они похожи на «затесы» памяти и подтверждают, что и в последнюю поездку по Уралу А. Кожевникова интересовало производство фольги и прокат разных металлов, быт рабочих, неузнаваемо преображенный технической революцией родной край, сказочно поднявшийся расцвет культуры, словом, социалистическая индустриальная быль, превратившая демидовский Урал в подлинно индустриальную державу России.
Базой для выполнения такой творческой задачи служил накопленный опыт в начальный писательский период, обогативший его палитру красок и музыку языковой речи, простоту ее народного звучания. Следует подробнее сказать о литературной школе маститого художника, очень поучительной для нового, молодого поколения, идущего в литературу.
А. Кожевников — искусный мастер не только больших художественных полотен, какими являются его романы, но и сравнительно небольших жанров — повести и рассказа, в которых, казалось бы, на значительно меньшей площади вмещено столько жизненного материала, человеческих судеб и характеров, страниц отечественной истории, что по своей наполненности они не уступают большим художественным полотнам.
Таковы повести «Парень с большим именем», «Тоже доменщик», «Чугунный Федот» и другие, хронологически охватывающие предреволюционную борьбу народных масс за свою свободу, активное участие в революционных событиях, гражданской войне и восстановлении заводов после хозяйственной разрухи. Картины эти выписаны автором не только впечатляюще, но, самое главное, правдиво раскрывают рождение нового человека, действительного хозяина и строителя новой жизни на земле, открытой Октябрем, указанной великим Лениным.
Герои повести «Парень с большим именем» — Степа — сын рабочего Петра Милехина с Дуванского чугунолитейного завода, пастух Якуня, Настя Дымникова и ее отец Кирилл — бывший плотогон с Белой, которого от чахотки спас башкир — «отпоил кумысом», столяр Маркелыч, комсомолец Коркин и музейный работник Кучеров — выписаны так ярко, что предстают перед читателем живыми людьми, каждый со своей интересной и неповторимой судьбой и характером.
Читать дальше