Дэвид Гилман - Бог войны

Ричард вытер клинок ножа, обнял Блэкстоуна за плечи и повернул брата к дороге.

Они проехали еще десяток миль без приключений. Найтингейл стрекотал, как мартышка на шесте, убежденный, что перебил в засаде больше врагов, чем даже ветераны. Он выпустил дюжину стрел и все выспрашивал у остальных, видели ли они, как его мишени упали. Ветераны не обращали на него ни малейшего внимания, местные парни спорили с ним, пока Брей не прикрикнул, чтобы они заткнулись, а то сэр Гилберт заставит их ехать всю ночь, чтобы найти себе другую французскую чуму для истребления. Смертоубийство – работа изнурительная, и теперь им требовались вода и мягкий сеновал. За час до угасания последнего луча денницы на западе они пришли к брошенной деревне. Должно быть, жители видели на горизонте дым других горящих селений, и французские солдаты велели им уходить на юг, к Сен-Ло и Кану. Они унесли с собой все, что могли, но несколько кур, которыми можно было поживиться, еще бегали по дворам.

Сэр Гилберт и солдаты поставили лошадей в стойла, выставили часового и отправились искать место для ночлега. Ни в одной лачуге ничего стоящего не было. Лучники, предпочитая держаться собственной компанией, устроились на сеновале у околицы, где аромат свежего сена напомнил Блэкстоуну о доме. Джон Уэстон, отправившись на поиски продовольствия, обнаружил укрытую под сеном клеть с яблоками. И нашел брошенные селянами глиняные кувшины с сидром.

– Ладно, парни, вот плод земли сей. Мы должны поддержать свои силы ради сэра Гилберта, как я разумею, – сказал он, передавая кувшины одобрительно хмыкающим товарищам. – Это мы придержим для себя. Нет нужды извещать об этом задастых кавалеристов.

Ко времени, когда сумерки оттеснили день прочь, лучники Брея поели и с комфортом устроились на сеновале. Байки Найтингейла смешили лучников, а его собственные эскапады с деревенскими девушками сеяли сомнение в подобных мужских доблестях. Найтингейл относил это на счет материнского молока и искусства отца в браконьерской добыче оленины.

Ричард внимательно наблюдал за Элфредом, который показывал ему, как отремонтировать и очистить стрелы, использованные в засаде. На каждом этапе работы старик кряхтел, словно так будет Ричарду понятнее. На худой конец, подумал Блэкстоун, лучники признали его брата своим.

Себе сэр Гилберт взял лучший дом в деревне, как и был вправе, но прежде чем принять свою долю жареной курятины и яиц, обошел своих подчиненных.

Блэкстоун ел, устроившись в сторонке от остальных, а его брат чистил бронебойные наконечники между смачными укусами курятины, не обращая внимания на жир, стекающий по подбородку.

Присев на корточки, сэр Гилберт потрогал лезвие меча старого рыцаря.

– Тебе нужен клинок поострее. Попроси кого-нибудь из хобиларов наточить его.

– Я могу и сам, сэр Гилберт.

– Значит, можешь. Тогда и должен. Придет время, когда стрел окажется недостаточно и придется схватиться с врагом. Элфред и Николас сказали, что ты сегодня справился на славу. Николас сообщил, что это ты бросился вперед.

Блэкстоун развел руками, не желая, чтобы его выделяли из числа остальных лучников.

– Я слышал, как вы сражаетесь. Понял, что дали им бой.

Кивнув, сэр Гилберт вонзил меч в землю.

– Мы могли попасть под ваши стрелы, кабы вы не поменяли позицию. Соображаешь.

Блэкстоун почувствовал облегчение оттого, что командир не помянул о раненом и не пустился в дальнейшие расспросы. Но заодно понял, что тон сэра Гилберта изменился, что убийство повысило его статус в глазах рыцаря.

– А нам известно, что за людей мы убили сегодня? – поинтересовался Блэкстоун.

– Я как-то не успел завести с ними приятельских отношений, – улыбнулся сэр Гилберт, поднося к губам глиняный кувшин. Крепкий нормандский напиток прокатился по горлу огнем. – Лазутчики доносят, что тут пять сотен или около того человек под началом сэра Робера Бертрана, он же владыка де Брикебек. Это был один из его разъездов. Он старый враг д’Аркура. Его воинство слишком малочисленно, чтобы противостоять тысячам Эдуарда, но он попытается замедлить наше продвижение нападениями и засадами или сжигая мосты через крупные реки до той поры, когда до нас доберется армия Филиппа.

– А когда будет сражение? – не унимался Блэкстоун.

– Когда наш король найдет доброе место для их убиения. – Вернув кувшин, он отыскал взглядом Николаса Брея. – Выставь караул, Николас. Выступаем перед рассветом, так что побереги это дьявольское пойло до следующего вечера.