Эдвард Резерфорд - Дублин

Похороны были тихими, унылыми. Дейрдре с дедом помогли Коналу с их организацией. Пришли все жители Ратконана. Даже Бадж с женой появились ненадолго, как бы проявляя вежливость по отношению к умершему, и вполне учтиво приветствовали священника. Прежде чем уйти, Бадж отвел Конала в сторонку, однако Дейрдре стояла достаточно близко, чтобы услышать их разговор.

— Твой отец, конечно, всегда был католиком, — тихо сказал землевладелец. — Но могу я спросить, к какой Церкви теперь принадлежишь ты сам?

— Ну, сэр, в Дублине, как вы прекрасно знаете, я учился в школе Ирландской церкви и потому посещал ту церковь. Многие из моих дублинских друзей — протестанты, — вежливо ответил Конал. — Но здесь, в Ратконане, все добрые люди и почти все мои родственники — католики. И, по правде говоря, я не слишком много об этом думаю.

— Понятно.

В самом Ратконане церкви не было. Время от времени Бадж и его семья отправлялись в церковь, расположенную в нескольких милях, чтобы выказать свою преданность. Бадж, безусловно, поддерживал Ирландскую церковь, но никто не назвал бы его слишком набожным. И, судя по тому осторожному взгляду, который он теперь бросил на Конала, ответ молодого человека как будто вполне устроил Баджа.

Дейрдре наблюдала за Коналом с того момента, как он вернулся. Она уже понимала, что годы в Дублине оставили на нем свою печать. Тот Конал, которого она так хорошо знала и любила, был по-прежнему здесь, в том девушка не сомневалась. Но в то же время этот молодой человек, излучавший спокойную уверенность и достойную сдержанность, куда больше походил на ее деда, чем на собственного отца Гаррета. И теперь еще было очевидно, что он научился сочетать свою уверенность с уважительной манерой, которая явно льстила людям вроде Баджа.

— Ты собираешься вскоре вернуться в Дублин? — спросил лендлорд.

— Мне говорили, я мог бы неплохо устроиться в Дублине как краснодеревщик, сэр, — ответил Конал. — Но я скучаю по горам моего детства. И вот размышляю, может быть, я мог бы и здесь зарабатывать на жизнь как столяр? — Он вопросительно посмотрел на Баджа. — Если я докажу, что серьезен и надежен.

Несколько мгновений Бадж испытующе смотрел на него, потом коротко кивнул и предложил зайти к нему после похорон отца.

— Ты собираешься остаться здесь, Конал? — спросила Дейрдре. — И это после Дублина?

— Я об этом подумываю, — ответил он. — И подумываю о том, чтобы жениться и обзавестись домом.

— Ох… — Дейрдре с трудом совладала с собой. — И кто же та счастливица, на которой ты подумываешь жениться? — спросила она как можно более небрежным тоном.

— Ты, — ответил он.

Если Бадж и имел скрытые опасения, что у него может появиться новый беспокойный арендатор Смит, то он никак этого не показал. Через день после переезда Конала он сам явился в его коттедж и сообщил:

— Несколько лет назад мне сделали парадную дверь, но она меня не устраивает. Можешь сделать новую?

А когда работа была выполнена, из наилучшего дуба, и Конал установил ее, Бадж с женой с восторгом осмотрели ее, и Бадж воскликнул:

— Прекрасная работа, Конал, должен это признать! Прекрасная!

И Коналу хорошо заплатили.

Дальше появились новые заказы от лендлорда и его друзей. Потом, позже, Конал, с рекомендательным письмом Баджа, отправился в Уиклоу повидать тамошнего краснодеревщика, и с этого момента начались их длительные дружеские отношения. Мастер из Уиклоу стал присылать Коналу заказы, и каждые несколько недель можно было видеть, как Конал отправляется в город на телеге, нагруженной то каким-нибудь столом, то несколькими стульями, то отлично изготовленным шкафом. И вопреки репутации его отца работа всегда была выполнена отлично и в срок. Через несколько лет мастер из Уиклоу предложил Коналу стать его партнером, и хотя Конал и Дейрдре могли устроиться получше, они предпочли остаться в горах, в Ратконане.

Конал мог выпить эля, но всегда очень немного. Он никогда не говорил и не делал ничего такого, что могло бы оскорбить Баджа или ему подобных. С течением времени лендлорд стал приводить Конала в качестве примера того, что при мягком убеждении и твердом обращении ирландцы вполне могут стать трудолюбивыми и уважаемыми ремесленниками.

Что до самой Дейрдре, то она обрела счастье, покой, свою судьбу. За несколько дней до того, как они с Коналом поженились, дед отвел ее в сторонку и спросил:

— Ты уверена, Дейрдре, что именно этого ты хочешь?

Дейрдре удивилась тому, что он вообще задал такой вопрос, но уверила деда: да, это то, чего она хочет, и он больше ничего не сказал. И первые же месяцы ее замужней жизни полностью подтвердили ее выбор.