Александр Волков - Скитания

– На кольчугу для Ченчо.

Священник возражал, но Бруно был тверд.

– Мой спутник будет подвергаться тем же опасностям, что и я, он должен быть защищен от них.

Ронка уступил. Ченчо исчез из деревни вместе с Джулио и вернулся через несколько дней, гордый до невозможности. Ему купили кольчугу «на рост», но это не смущало мальчика. Кинжал для него сковал деревенский кузнец.

Все было готово, и настал час разлуки. Жители Сан-Микеле и среди них мальчишки, люто завидовавшие Ченчо Альтовити, вышли провожать Джордано Бруно и его спутника. Прощаясь, Ченчо взял за руку сестренку Пьеретту и сказал, строго глядя ей в глаза:

– Если будешь плохо смотреть за дедушкой Лодовико, я с тобой расправлюсь, когда вернусь!..

Скоро косой парус маленькой лодки растаял в блестящей синеве. Джулио держал курс в открытое море, чтобы там перехватить корабль, идущий на север.

Но долго еще смотрели обитатели Сан-Микеле в морскую синь, а сгорбленный Тансилло грустно качал седой головой: он уже не надеялся встретиться со своим любимцем…

Жребий был брошен, и далекий опасный мир поглотил скитальцев.

Хиль Ромеро, поправляясь, пролежал несколько дней в гостинице под Римом. И в эти дни он дал клятву: разыскать, схватить Джордано Бруно, хотя бы для этого пришлось обшарить всю Италию и потратить на это годы…

Бруно давно находился в безопасности на утесах Сан-Микеле, когда Ромеро постучался в калитку Сан-Доминико Маджоре. Униженный, исхудалый, испанец походил на дьявола, изгнанного из ада за провинности.

Аббат, приор и главный инквизитор собрались выслушать доклад Ромеро. Суровое лицо инквизитора было неподвижно, как всегда, мессер Порчелли кипятился, прерывая речь Хиля бранью по адресу Бруно, настоятель был рад бегству Джордано. Без обвиняемого процесс не мог возобновиться, а на процессе вскрывались неприятные для Паскуа вещи: его могли обвинить в недостаточной строгости, в попустительстве распространению запрещенных идей.

Прелаты решили: злокозненного нарушителя орденского устава и законов церкви схватить во что бы то ни стало. Брату Хилю Ромеро вместо попорченной водой грамоты были выданы новые полномочия для преследования и ареста преступника. Хиля снабдили крупной суммой денег, дали право привлекать на помощь всех, кого он сочтет нужным.

Получив такие большие возможности, Хиль начал действовать. Ближайшим помощником он избрал своего давнего знакомца Андреа Кучильо.

В лице Кучильо Хиль Ромеро нашел ценного помощника. Кучильо опирался не только на неаполитанских бандитов, но и на разбойников других городов и областей, так как все они были связаны круговой порукой.

Ромеро и Кучильо разослали агентов по всем дорогам, ведущим из Рима, и в порты, где Бруно мог сесть на корабль: в Салерно, Поццуоли, Гаэту, Чивитавеккью…

У посланцев Ромеро было точное описание наружности Джордано: средний рост, правильные красивые черты лица, синие глаза с грустным и порой гордым взглядом, волнистые русые волосы. На одежду рекомендовалось не обращать особого внимания: Бруно мог сбросить рясу.

Шпионы вынюхивали, расспрашивали хозяев гостиниц и таверн, погонщиков мулов, содержателей почтовых карет, бродячих фокусников и музыкантов, торговцев. Нищие тоже были вовлечены на поиски монаха-отступника. У них было свое братство, и главе этого братства Хиль обещал награду за успешную помощь. А нищие, сидевшие на папертях церквей и городских площадях, на обочинах больших дорог, видели и запоминали многое.

Как круги от камня, брошенного в воду, распространяются все шире и шире, так и преследователи беглеца Джордано уходили все дальше от Рима, где обосновался Хиль Ромеро. Они двигались на юг, к Мессинскому заливу, шли на север, через Папскую область, через Тоскану и Лукку, через герцогство Феррара и Модена, к границам Генуэзской республики, Пармы и Пьяченцы, Венеции.

Италия велика, но вряд ли бы Бруно спал спокойно, если бы знал, с какой неумолимой настойчивостью свора ищеек святейшей инквизиции рыщет повсюду, по всем мелким и крупным итальянским государствам.

Неделя проходила за неделей, а след Джордано Бруно не удавалось найти. Являлись бродяги из Тосканы, странствующие монахи из Феррары и Пьяченцы, нищие из Урбино и Лукки, и все говорили о том, что Бруно они не нашли. Хиль начинал приходить в отчаяние.

«Неужели Бруно оставил Италию и скрылся за границу – во Францию или в Германию, в Швейцарию?.. Тогда инквизиция бессильна…» – мрачно думал Ромеро.