Эптон Синклер - Агент президента

Семилетняя Фрэнсис Барнс Бэдд была счастливым ребенком, здоровым, как ее двое родителей. У нее были темно-карие глаза и пышные темно-каштановые волосы, как у ее матери. Её крепкое и активное тело стремилось к всякого рода играм, но не так много к умственным занятиям, опять-таки, как и ее мать. Она обожала отца, который приезжал к ней, как принц из сказки, всегда с рассказами о приключениях, музыкой, танцами и играми. Её охраняли от всякой злой мысли о разрыве между ее родителями, или о том, что необычно иметь двух отцов.

Она была воплощением шести лет брака, со своими радостями и печалями. Ланни мог выбросить все это из своих мыслей, когда он был в занятом мире, но когда он пришел сюда, всё было перед его глазами. Имея творческий темперамент, он размышлял: "Мог ли я спасти этот брак и должен был ли я?" Шесть лет совместного опыта нельзя выбросить из его души. Он задался вопросом: "Мог бы я быть более терпимым? Мог ли я сделать больше скидок на её молодость, а также на окружающую среду, которая сделала ее отличной от меня?" Он задался вопросом: "Есть ли у неё такие мысли, вспоминает ли она наше старое счастье?" Он, конечно, никогда не задал бы таких вопросов вслух, это было бы нарушением хорошего тона, вторжением в ее новую жизнь.

Он приехал не к Ирме, а увидеть Френсис. Он будет играть с ребенком, отдаст себя целиком ей. Но как он мог не видеть мать в ребенке? У него начали появляться его "розовые" мысли о своем потомстве. Бедная маленькая богатая девочка! В один прекрасный день она поймёт, что была отделена от других детей. И то, что должно было быть большой удачей, на самом деле было аномалией и бременем. Она обнаружит, что друзья могут быть корыстными и коварными, а эта любовь не всегда было тем, чем она притворялась быть. Она раскроет секретную войну в сердцах своих матери и отца, и что эта война пройдёт по всей земле и разделит все человеческое общество бездной глубже, чем Большой Каньон в Колорадо, или те, которые лежат на дне океана. Матери Фрэнсис нравилось жить на своей собственной стороне социальной пропасти, в то время как отец Фрэнсис настаивал на переходе от одной стороны на другую и обратно. На самом нестабильном, нервном и мучительном виде жизни. Но он никогда не должен позволить ребенку узнать об этом, ибо это растревожит ее мысли, и будет пропагандой его идей!

Вечером Ланни будет приглашен в дом, который в течение года или двух был его домом и Ирмы. Возможно, было бы тактично отказаться, но у него там были свои тайные цели. Он знал Седди с детства и друга Седди, его коллегу в министерстве иностранных дел, Джеральда Олбани, который жил рядом. Они знали, что взгляды Ланни отдавали когда-то розовым оттенком, но они привыкли к этому в своих собственных рядах. Они приняли это как само собой разумеющееся, так, как люди, имеющие опыт, знают, как трудно изменить характер людей и народов. Когда Ланни сказал, что он решил оставить политику экспертам, они восприняли, что он имел в виду их, и договоренность была достигнута.

Таким образом, они свободно говорили о проблемах, стоящих перед Британской империей. Они придерживались "линии", которую Ланни прекрасно понимал: британские правительства менялись, но внешняя политика никогда, и именно поэтому Британия правила морями в течение четырех столетий. Если в ходе беседы американский гость выскажет предположение, что для старой леди пора бы подумать о воздухе над морями, то это будет воспринято по-доброму, так как было хорошо известно, что отец Ланни имел на продажу самолеты, и можно было бы предположить, что его сын был заинтересован в бизнесе. На коммерсантов теперь не смотрели свысока, как это было в старой Англии. Ибо, в конце концов, шёл промышленный век, а бизнес и политика были довольно перемешаны. Недавний премьер-министр, мистер Стэнли Болдуин, производил железо, а нынешний премьер-министр, мистер Чемберлен, производил вооружения в Бирмингеме.

Вот такая существовала в это время своеобразная ситуация во внутреннем святилище британского правительства. "Интеллидженс сервис", наиболее секретная из всех организаций, в каждом своём отчете не уставала докладывать, что ВВС Германии опережают британские. Кроме того, что германский флот не держит обещанное слово ограничить своё строительство до одной трети британского. Премьер-министр Чемберлен, который верил в бизнес и называл его миролюбием, решил эту задачу, убрав отчеты прочь и забыв их навсегда. Но Энтони Иден, министр иностранных дел, был на тропе войны против этого курса, а сэр Роберт Ванситарт, самый высший постоянный сотрудник Министерства иностранных дел, поддерживал его.