Эптон Синклер - Агент президента

Ланни рассказывали, что этот человек мог быть дружелюбным и даже очаровательным, когда он чувствовал это, и посетитель очень хотел бы видеть его таким. "Герр рейхсминистр", — начал он говорить по-английски, он знал, что другой понимал и говорил на нём свободно, — "вам может быть интересно знать, когда я первый раз услышал о вас. Это было на Рождество 1924 года, Генрих Юнг вернулся из Ландсберга и рассказал Курту Мейснеру и мне о двух замечательных людях, которых он встретил в крепости".

"Wirklich?" — сказал смуглый человек. Вряд ли он мог сказать меньше.

— Курт и я были друзьями с детства, и я посещал его в Штубендорфе. Генрих был сыном старшего лесничего там, как вы, вероятно, знаете, и с тех пор он никогда не отставал от меня. Не реже одного раза в месяц я получал от него издания вашей партийной литературы. Я много лет твердо держался в сторне этого, но, в конце концов, я пал под её обаяние. Так что вы видите, герр Гесс, я своего рода ваш ученик.

Слышать такое от гостя, всего на четыре года моложе себя, было большой любезностью. Даже у самого сурового человека есть что-то в его душе, к чему он относится с сентиментальностью. У Гесса это был период, который он провел в тюрьме с Ади и другими героями НСДАП. Плотный почти безгубый рот расслабился в улыбке, и человек, относящийся ко всему с подозрением, заметил: "Это были великие дни".

"Такие великие, я считаю, что никто из нас не сможет их повторить", — ответил посетитель. С этого момента он стал членом братства и больше не чувствовал глаз заместителя фюрера, следящими за ним с подозрением.

Сидя в одном из вместительных кожаных кресел, которых было множество в зале, Ланни рассказал о своих восьми годах исследований паранормальных явлений. Он знал, что его хозяин увлекался спиритизмом. Когда он зачитывал имена мучеников перед собранием нацистов, он был уверен, что дух каждого из мучеников парил над сценой и был охвачен той же гордостью, что и выступающий. Так что теперь Ланни развивал эту линию. Текумсе был подлинный дух бывшего индейского вождя. Ланни также слышал, что Гесс был поклонником "Морального Перевооружения" и последователем Бухмана, который вернулся в Америку, говоря: "Слава Богу за такого человека, как Гитлер". Поэтому Ланни рассказал, как присутствовал на заседаниях Бухманитов в Англии, и, как недавно говорил с лордом Лотианом.

Ланни, кроме того, знал, что Гесс верил в исцеление верой, и что, невзирая на насмешки других руководителей партии, созвал конгресс по этому вопросу. Ланни знал язык этих многочисленных культов, которым на протяжении более десяти лет его учил его отчим. Он рассказал истории о необыкновенных исцелениях, которых добился Парсифаль Дингл. Гость объяснил свою убежденность в том, что "исцеляющая вера" не должна обязательно быть связанной с христианской религией или еврейской Библией. Это была не вера в Иегову или в любого другого племенного божества, а вера в творческий принцип, который управляет вселенной и есть во всех наших сердцах. Ланни не был уверен, что его хозяин верил в Вотана и старый Тевтонский сонм богов, но он был достаточно осторожен, чтобы не осуждать их. Кроме того, имея богатый опыт общения, он был достаточно осторожен, чтобы дать хозяину дома возможность поделиться своим собственным опытом и изложить выводы, извлеченного из него. Таким образом, они приятно провели пару часов, и в конце стали приятелями.

Американец поднял тему о Бруно Прёфенике и рассказал о своем визите к нему. Гесс сказал: "Он человек, которому я не слишком доверял бы". И Ланни, не желая связывать себя, ответил: "Я знаю, что в этой области есть мошенничество, а также, у меня есть основания полагать, что есть медиумы, которые порой производят подлинные явления, а также, поддаются искушению выручить духов, когда у тех бывают сбои".

Гесс согласился с этим. Он сохранил свой интерес к Прёфенику, потому что он был уверен, что старый чародей входил в транс по-настоящему и на самом деле не посмел бы вводить в заблуждение заместителя фюрера. В этом была угроза для чародея, и Ланни засмеялся и сказал: "Не будьте слишком жестким с любым из них. Помните, что мужчина или женщина, в подлинном трансе может обмануть, не подозревая об этом, или ничего не смогут поделать с этим!"

Нацистский лидер сказал, что он никогда не думал об этом, и Ланни объяснил свою идею о том, что подсознание имеет много уровней и различных сил в нем, добрых и злых. — "У всех нас есть побуждения лгать и обманывать, и некоторые из нас уступают им на сознательном уровне". Он быстро пропустил эту тему, в надежде, что она не будет восприниматься как намек на литературное произведение, у которого его собеседник был соавтором. — "Почему не может случиться так, что какая-то хитрая и коварная подсознательная личность возьмёт под свой контроль медиума в трансе и попытается создать свой собственный престиж и значимость, заставляя медиума делать и говорить все, что она находит выгодным?"