Эптон Синклер - Агент президента

Робби, конечно, рад получить большой заказ, и сказал, что из-за его симпатии делу барона он даст этому заказу приоритет над всем остальным. Он был бы горд сотрудничать с таким уважаемым концерном как Шкода по производству самолетов и предоставит патенты Бэдд-Эрлинг Эйркрафт . Но барон должен понимать, что определенные детали Бэдд-Эрлинга защищены патентами генерала Геринга и находятся вне контроля Робби.

Барон вздохнул и сказал, что плохо, когда везде опережают немцы. Это выглядело так, как будто волей неволей французы должны подружиться с ними. — "Я говорил на эту тему с хорошо информированным вашим сыном. Есть вопрос, можно ли доверять их фюреру. Как вы думаете, мсьё Бэдд?"

"Мой сын имел преимущество, зная лично герра Гитлера", — осторожно ответил Робби. — "Я нет".

— Eh, bien, M. Lanny?

Ланни заявил: "Любой человек взял бы на себя серьезную ответственность, давая советы по этому вопросу, господин барон. Все, что я могу сказать, что вы должны решить, быть его союзником или врагом. Нельзя остаться посередине".

— Удивительно, каким благоразумием обладает этот молодой человек, мсьё Бэдд, и как он понимает нашу французскую ситуацию.

Робби был удивлен, потому что он никогда не давал своему сыну такую высокую оценку. Он неодобрительно отметил: "Ланни жил во всей Европе и имел необычные возможности слышать различные мнения".

— В моей гостиной можно услышать всякие мнения, мсьё Бэдд, проблема в том, чтобы разобраться в них и выбрать самые значимые. Я был бы рад, если ваш сын будет навещать меня время от времени и делиться со мной тем, что он узнал. Это относится также и к вам, потому что я вижу, что вы человек, который предвидел, как движется мир, и добился в нём стратегической позиции.

Это была лесть высокого класса, и от неё нельзя было отмахнуться. Робби понял, что барон Шнейдер на десять лет старше его ищет с кем разделить своё бремя. Он деликатно намекал, что будет платить щедро. Робби сказал, что подумает над предложениями и выйдет с готовыми ответами через несколько дней. Барон ответил, что он не сомневается, что ответы будут положительными, и он прикажет своим техническим специалистам отработать детали, а своим адвокатам оказать помощь в составлении документов. Он проводил своих гостей счастливыми. Робби заметил своему сыну: "Это может оказаться самой большой сделкой, которую когда-нибудь встречал на своём пути".

Бьюти Бэдд оставалась еще в Париже, и она не была бы сама собой, если бы не имела собственных мыслей и не выстраивала своих планов. Несравненный Ланни был связан с какой-то женщиной и держал ее в секрете даже от своей обожаемой матери, которая всегда оправдывала все, чтобы он ни делал. Явно, причина может быть только политической. Эта женщина немка, которая занимается той опасной подпольной работой, которая так испугала Ирму и вызвала распад брака Ланни. В настоящее время Ланни был печален и озабочен, что могло означать, что женщина была в беде, и, возможно, Ланни тоже? Может быть, она вернулась в Германию? Скорее всего, это так. Ланни проводил много времени в своем номере, читал бесконечные газеты и играл на пианино в беспокойной и рассеянной манере. Бьюти знала его настолько хорошо, что могла определить его настроение по тому, что он играл и как играл. Она жила в том же отеле, наблюдая за ним, как ястреб. Она знала, что он отсутствовал только одну ночь, чего, конечно, не было бы, если женщина, которую он любил, была бы здесь. Обычно он был намного более усерден, чем сейчас, и привык иметь то, что хотел.

Возможно, прямо сейчас был шанс для Бьюти получить то, что она хотела. Софи Тиммонс, баронесса де ля Туретт, приехала из Ривьеры, чтобы проветриться. И Бьюти позвонила Эмили Чэттерсворт, которая тоже была в городе. И эти три тёртых калача могли выработать общий план. Они делали так и в предыдущих случаях, пытаясь решать судьбу этого подходящего человека, но с вызывающим поведением. Сейчас ему было тридцать восемь. В эту темную тайну были посвящены эти трое, знавшие его с младенчества. А он по-прежнему скитается по миру неустроенным, являясь добычей любой коварной женщины, попавшейся на пути, вместо того, чтобы заиметь жену, осесть и завести семью в каком-нибудь месте, где эти три заговорщицы могли бы её радостно наблюдать. Именно так они устроили брак с Ирмой Барнс, выглядевший столь многообещающим. Они до сих пор не могли понять, почему он не удался. Они решили, что новая жена должна быть американкой. В Париже была большая американская колония и много туристов, и после долгого изучения они остановили свой выбор на девице по имени Мэри Энн Эверли из хорошей старой семьи, только окончившей Брин-Мор-колледж и совершающей большое ознакомительное путешествие со своей матерью. У нее были нежные карие глаза и мягкие манеры, тихая молодая поросль. Все они знали, что Ланни не нравились шумные женщины, кто будет болтать в то время, как он хотел читать речи, произнесенные вчера в Парламенте. Не менее важным было то, что семья имела очень большое количество денег. Старая семья из Филадельфии, отец банкир, прихожанин епископальной церкви и все остальное тоже в порядке. Девушка была современной. Все они постигают правду жизни в наше время, и говорят о том, что приходит им в голову.