Эптон Синклер - Агент президента

Смертельный соперник Франции опередил ее, и оставив ее безнадежно позади. Германия стала страной, о которой каждый оружейник в мире мечтал всю свою жизнь. Все ресурсы были вложены в вооружения. Заработная плата была сокращена, и рабочие часы были удлинены. Германия гарантировала своим оружейникам постоянные заказы на все заводы, которые они могут построить, при полной загрузке двадцать четыре часа в день, семь дней в неделю, включая праздничные дни. Наибольшее покровительство получал командующий ВВС, который выглядел комичной фигурой в своей форме. В то же время он был одним из самых компетентных руководителей современного мира, управляя своим подчиненными хлыстом, и выполняя приказы своего фюрера с полной лояльностью и без каких-либо сомнений.

Это был кошмар, кошмар, воскликнул барон Шнейдер. Кошмар не давал ему спать ночью, видя бедствие, нависшее над Францией. Его жалкое, некомпетентное продажное правительство. Кто знал его лучше, чем барон, который покупал его в течение полувека? Но, конечно, он этого не сказал своим гостям. Он только рассказал, что осуждает убогую систему прототипов, которую поддерживает французское министерство авиации. Экономическая иллюзия, прижимистое безумие, что наличие моделей самых лучших самолетов позволит быстро наладить их производство, обеспечив национальную безопасность!

"Нельзя выиграть сражения, пользуясь только чертежами", — сухо сказал Робби.

— Конечно, нет! А теперь эти политики национализировали мои заводы, не имея ни малейшего представления, как заплатить за них, и в то же время спрашивают меня, как управлять ими! У нас эта путаница и жалкие споры прямо посреди тягчайшей опасности, с которой наша страна столкнулась со времён Седана.

Что так беспокоило монарха вооружений? Ну, в первую очередь, он хотел, чтобы Робби рассказал ему правду о возможностях Бэдд-Эрлинг P11, о котором он слышал сказочные отзывы. Когда Робби рассказал ему, он горестно покачал головой, говоря, что лучший из французских прототипов Моран не мог с ним равняться. Затем он хотел убедиться, что Геринг обладает этими секретами, и что он собирается делать с ними. Робби мог ответить на первую часть этого вопроса, но сказал, что может только догадываться о второй. Der dicke Hermann всегда начеку и не пропустит никаких трюков. Робби сказал, что он дал первый шанс своей собственной стране, а затем французам и англичанам. Он назвал людей, с которыми общался и которые отказали ему. — "Мне не оставили иного выхода, кроме немцев, чтобы удержаться в бизнесе".

"Конечно, конечно", — сказал барон. — "Плохо, что вы не пришли ко мне. У меня тогда были возможности в моей собственной стране. Сейчас мне не позволено ничего делать и владеть ничем, кроме облигаций. Меня убрали совсем далеко на полку. Но как человек действия, я не могу находиться там, особенно, когда я узнаю, что делают Тиссен и Крупп фон Болен, а также все остальные".

Король вооружений Европы продолжал объяснять, что он не смог убедить французское министерство авиации купить достаточное количество самолетов французского производства. И сейчас было еще меньше возможностей убедить их купить иностранные самолеты. К нежеланию полу-пацифистского правительства тратить деньги будет добавлено противодействие великим французским частным интересам. У барона была идея купить лично сотню или две самых новейших Бэдд-Эрлингов и обучить пилотов в частном порядке. В случае возникновения чрезвычайной ситуации он мог бы представить их армии. Но теперь случилось это несчастное разоблачение Кагуляров, которое барон воспринял как вмешательство в его личную жизнь, так же, как Робби воспринял вторжение Конгресса производственных профсоюзов. Этому, конечно, не поможешь. Но сенсационное пресса, обыгрывая каждую деталь, может раскопать и раструбить, что хозяин Ле Крезо создает собственную военную авиацию и готовит её, чтобы угрожать Парижу и заставить правительство подчиниться своей воле.

"Я должен считать себя изгоем в моей стране", — заявил с сожалением великий человек, — "Я должен уехать за границу, чтобы спасти Францию от самой себя". Он объяснил, что ему до сих пор принадлежит Шкода, которая расположена в городе Пльзень, и чехи до сих пор предоставляют ему право производить, покупать и продавать всё, что и как ему заблагорассудится. Готов ли Робби изготовить сто истребителей для немедленной поставки в Чехословакию, и можно ли с ним договориться отправить своих экспертов в эту страну и оказать помощь в создании завода по производству Бэдд-Эрлингов?