Михаил Ишков - Валтасар

В те дни Нур-Син также имел тайные беседы с Даиферном. Тот с каждой новой встречей становился все более откровенен. Скорая доставка золота из Вавилона утвердила его в мысли, что в Нур-Сине, и, следовательно, в вавилонском царе, он и его друзья, вожди других племен, наконец-то нашли долгожданного и очень важного союзника в борьбе с Астиагом. Даиферн рассказал что знал о расстановке сил при дворе. Особенно его восхищал молодой царь персов Кир, который сумел поразить самого Астиага тем, что в течение месяца с небольшой группой своих сторонников привел к покорности армянского царя Тиграна, решившего отложиться от Экбатан.

— Гордыня ослепила Тиграна, в советниках у него ходили продавшиеся Другу предатели, — принялся рассказывать Даиферн. — Мне в ту пору пришлось быть в столице и я был приглашен на государственный совет, который должен был решить, как поступить с Тиграном. Спитам настаивал на жестоком наказании подпавшего под власть зла царя, однако Тигран был давнишний приятель Астиага и нашему правителю вовсе не хотелось собирать народ войны. Астиаг преклонных лет, ему трудно ходить в поход, а вручать армию своему родственнику Гарпагу, который согласно обычая должен был принять командование над войском, ему тоже не хотелось. Кто знает, против кого повернет мечи Гарпаг, если победит Тиграна? Астиаг заявил — рушить и грабить Тиграна все равно что грабить собственный народ. Тогда выступил Кир и сказал, что попытается без объявления войны и сбора войска привести строптивца к покорности. Ему никто не поверил, но парень сдержал слово. Мне тоже довелось поучаствовать в той забаве.

Даиферн явно испытывал гордость за то, что ему довелось принять участие в усмирении Тиграна.

— Кир объявил, что собирается поохотиться в тех местах и собрал друзей, а также большую свиту, куда вошли резвые ребята, настоящие охотники. Среди них был и сын Тиграна армянского, которого тоже звали Тигран. Мы все полагали, что нам предстоит веселые развлечения, однако, когда приблизились к границам Армении, выяснилось, что вслед за нами со всеми возможными предосторожностями идет большое войско. Уже на границе Кир объяснил, что Тигран отказался прислать войско по вызову Астиага и выплачивать положенную дань, поэтому нам следует привести его в чувство и напомнить о долге перед господином. Мы обложили ничего не подозревавшего Тиграна в его резиденции, а когда тот решил спрятать свою семью и домочадцев в укрепленном месте в горах, они были захвачены в плен. Тебе должны быть понятны горе и отчаяние женщин, однако старший сын армянского царя развеял их страхи. Так же милостиво Кир приказал обращаться со всеми попавшими в плен воинами, так как эти воины нам родня, а не враги, и не их вина, что старшего в роде обуяла гордыня. Армянский царь растерялся и укрылся на высокой горе, которую окружила подошедшая армия. Узнав, что он лишился всего, что ему дорого, Тигран сдался. Кир обязал его как и прежде служить нашему господину. За все время охоты, — Даиферн весело глянул на Нур-Сина, — мы не потеряли ни одного человека. Таков Кир, из молодых да ранний. Кем он станет, когда войдет в пору мужества, не знаю, но ему многое по силам.

Во время прощания Даиферн предложил Нур-Сину дать рекомендательные письма к князьям, которые могли бы помочь вавилонскому послу в столице. Нур-Син поблагодарил, отказался и объяснил отказ тем, что подобные послания, тем более в руках чужака, вещь очень опасная. Будет лучше, если вождь направит гонцов к друзьям, чье влияние было бы небесполезно Нур-Сину для установления прочного мира между Астиагом и Набонидом, а он, Нур-Син, по прибытию в столицу мог бы передать на словах привет тем сильным в Экбатанах, к кому Даиферн испытывает полное доверие. Тот подумал, выторговал еще несколько мин золота и согласился.

Первым, кому написал Даиферн, был князь Гарпаг, первый среди приближенных Астиага как по родовитости, так и по уму. Отправил гонца и к внуку царя, персидскому царю Киру. Тот по молодости лет еще не пользовался большим влиянием при дворе, однако разумом и умением заводить друзей далеко превосходил Спитама, которого Даиферн иначе как «недоноском» не называл.

— Стоит короне перейти к этому недоноску, — делился он с чужаком, — и поднимутся все наши племена. Что тогда ждет Мидию?

Нур-Син уклончиво пожал плечами.

— То-то и оно, — проворчал Даиферн. — Стал бы я с тобой дружить, если бы в Экбатанах не запахло жареным.

Он радушно похлопал посла по спине, потом весело добавил.