Виктор Поротников - Митридат

— Митридат ни одну женщину не допускает в бывшие покои Лаодики, — предостерегла Роксану Ниса. — Туда имеет доступ он один. С ним лучше не спорить, поверь мне.

Но Роксана была глуха к предостережениям Нисы. Одна мысль, что ее поставили вровень с безродными наложницами, выводила вспыльчивую Роксану из себя. Она решила немедленно увидеться с Митридатом.

Однако все оказалось не так просто. Роксану не выпустили за пределы гарема. Молчаливые безбородые евнухи встали у нее на пути. Ей коротко и властно объяснили, что выход из гарема запрещен, а все жалобы передаются царю через гинеконома — надзирателя за наложницами.

Гинекономом тоже оказался евнух, старый и безобразный, с желтым как пергамент лицом. Звали его Мушег.

Мушег выслушал Роксану и на ее нетерпеливые требования бесстрастно ответил, что передаст царю ее просьбу о встрече с ним, когда Митридат вернется из похода.

У Роксаны опустились руки.

Она жила во дворце как узница, не имея возможности выйти в город, даже взглянуть на городские крыши и синеющее вдали море.

С сыном и дочерью Роксана виделась один раз в день. Если Евпатра проводила у нее по нескольку часов, то Аркафия строгие воспитатели приводили к матери на считанные минуты. Вдобавок педагоги не позволяли Роксане угощать сына сладостями, брать его на руки и наряжать в яркие одежды.

«Царский сын должен расти воином, а не неженкой!» — постоянно твердили воспитатели.

Целыми днями Ниса и Роксана занимали друг друга пустыми разговорами, видя вокруг себя одни и те же лица надоевших евнухов и развязных наложниц. Наложницы сторонились сестер царя, не вступали с ними в разговор, освобождали качели, едва сестры появлялись во дворе, не купались при них в бассейне.

Трапезная царских сестер была отделена глухой стеной от трапезной юных жриц любви. Однако через стену можно было расслышать разговоры девушек, если приложиться к ней ухом.

У Нисы и Роксаны стало в обычае во время обеда или ужина по очереди подслушивать сплетни наложниц и таким образом хоть немного узнавать о том, что творится за стенами гарема. Евнухи и служанки, прислуживающие наложницам, со многими из них были в приятельских отношениях. В любом случае, рабыни и скопцы были более разговорчивы с царскими любимицами, чем с царскими родственницами.

Роксану огорчало, что дворцовый парк был отгорожен от гарема высокой стеной. Для прогулок обитательницам гарема был предоставлен цветник с несколькими скамьями из мрамора, укрытыми от любопытных взоров колючими кустами роз и зарослями шиповника. Вдоль недавно выстроенной каменной стены были посажены в ряд молодые кипарисы. Подобие сада цветнику придавали высокие кусты аканфа и жасмина; извилистые дорожки между цветочными клумбами были посыпаны белым песком.

Утром или вечером Роксана любила посидеть на одной из скамеек, которую никогда не занимали царские наложницы, также любившие наведываться в цветник. Их шушуканье и смех, слышимые отовсюду в небольшом цветнике, неимоверно раздражали Роксану, но ей приходилось терпеть это надоедливое соседство, как и многое другое, с чем она столкнулась в гареме.

Например, сюда регулярно наведывались врачи, которые заставляли всех обитательниц гарема раздеваться донага, придирчиво осматривая их. Царю не нравились ни полнота, ни излишняя худоба, поэтому врачи следили за совершенством девичьих тел, предписывая кому-то особое питание, кому-то каждодневное плавание или гимнастику; следили они и за здоровьем девушек.

Роксана и Ниса тоже находились под наблюдением врачей. Роксана пробовала возмущаться, запиралась у себя в спальне.

В наказание гинеконом лишал ее обеда и не разрешал видеться с детьми. Поняв свое бессилие, Роксана смирилась. Ее страстным желанием было любой ценой вырваться из гарема, и она с нетерпением ждала возвращения Митридата из похода.

Разговор, которого так долго и с таким нетерпением ожидала Роксана, не получился с самого начала. Митридат прервал ее, не дослушав до конца; он был раздражителен, почти груб:

— Все цари имеют гаремы, чем я хуже царя парфян или армянского царя?

— Я не против гарема, Митридат, — сказала Роксана, — я против того, чтобы ты содержал нас там с Нисой. Мы же царского рода!

Нам не место среди наложниц!

— Где же, по-твоему, ваше место? — спросил Митридат.

— Где угодно, только не в гареме, — ответила Роксана. — Мы с Нисой живем там, как рабыни!

— А вам хочется царских почестей? — Митридат усмехнулся.