Лаура Эскивель - Малинче

По дороге бабушка и Малиналли побывали в деревне, жители которой — и мужчины, и женщины — славились своим искусством резьбы по камню. Они умели запечатлевать на каменных плитах лики богов, календарные символы, знаки планет и светил, а также рассказывать в каменных изображениях легенды и излагать свои познания о мире, богах и людях. Малиналли просто заворожила красота этих образов, умение резчиков, а еще она сделала открытие: оказывается, даже самому твердому и прочному предмету человек может придать новую форму, и если у него хватит на то доброй воли, то он, наверное, сможет изменить и весь мир. Девочка поинтересовалась у бабушки: раз в теле человека есть кость-бабочка, то в нем должны быть и камни наподобие вот этих, с вырезанными на них знаками и символами. Выслушав вопрос, бабушка ответила:

— Вот такие камни? Мм… Нет, пожалуй, таких нет. Другое дело, что человеческие сердца порой превращаются в камни. С одной стороны, это хорошо, потому что такое сердце остается непреклонным и ему не страшны никакие препятствия, но с другой — ничего хорошего в этом нет: каменное сердце слишком долго сопротивляется всему новому и не может принять истинное знание. И потом, сердце, сделанное из камня, не способно воспылать любовью — камни ведь не горят.

На ночлег они остановились в той самой деревне. Еще с вечера Малиналли набрала себе в мешок несколько камней, маленьких и больших. Они так понравились ей, что она решила унести их с собой.

На следующий день им попался на дороге камень с отпечатавшимся на нем слепком древней ракушки.

— Что это такое? — спросила девочка, вложив камешек в ладонь старой женщины.

Та, прикоснувшись пальцами к отпечатавшейся в камне спирали, ответила внучке, словно видела это наяву:

— Это одно из воспоминаний камня.

— Его сделали в той деревне?

— Нет, — ответила бабушка, улыбаясь, — эту ракушку вырезала на камне сама мать-земля, это ее творение.

Малиналли положила в свой мешочек и этот камень. Очень скоро девочка почувствовала усталость — слишком тяжелой оказалась для нее такая ноша. У нее заболели ноги — сначала только ступни, а потом и колени. Бабушка же, не обращая внимания на отставшую внучку, шла и шла вперед. Малиналли почувствовала, что жаловаться бесполезно. Ей вдруг стало ясно, что бабушка может вот так уйти навсегда, скрыться за горизонтом. Собрав все силы, маленькая девочка бросилась вдогонку. Поравнявшись с бабушкой, она спросила:

— Я очень хочу посмотреть на бабочек, но все-таки зачем мы для этого идем так далеко?

— Наше дело — идти, — отвечала бабушка. — Неподвижное тело замыкается в себе, а человек, который находится в движении, открывается миру, становится частью того, что происходит в мире. Нужно двигаться, идти, путешествовать, но при этом надо учиться проделывать долгий путь налегке. Чем дальше мы уходим, тем больше сил обретает наше тело. С каждым шагом мы меняемся. Лишь в пути мы познаем тайны этого мира, постигаем суть вещей. Мы не летаем, как птицы и бабочки, но путешествия позволяют нам познать мир таким, какой он есть. Странствуя, человек познает жизнь. Странствуя, мы познаем и свое тело. Тело же наше — это вместилище вечного разума. Тело человека — это маленький космос, модель мироздания. Это и есть тот бог, что находится в каждом из нас. Если хочешь — можешь сидеть на одном месте и ждать, пока превратишься в камень.

Девочка ничего не ответила, но, подумав, вытряхнула из заплечного мешка все камни. После этого она взяла бабушку за руку и пошла рядом с нею.

Больше Малиналли не жаловалась на усталость. Уже к концу пути они решили сделать привал и переждать полуденную жару в небольшой пещере. Малиналли впервые услышала настоящее эхо. То, что слова могут звучать уже после того, как их произнесешь, поразило ее. Бабушка же поспешила объяснить внучке значимость каждого слова и важность уважительного отношения к своим речам. Каждый слог, слетающий с наших губ, пояснила она, отправляется в путь по воздуху, но как бы далеко эти звуки ни улетели, рано или поздно они возвращаются к нам. Если мы хотим, чтобы до нашего слуха долетали только правдивые слова и справедливые суждения, нужно лишь одно: помнить о том, что слова возвращаются, и всегда говорить правду.

Наконец на четвертый день пути они пришли к священному месту, где останавливаются на отдых перелетные бабочки. Там собралось множество людей. Они пришли издалека, из разных мест, и говорили на разных диалектах, были по-разному одеты и по-разному вели себя. Но всех их объединяло одно: каждый пришел сюда, чтобы принять участие в священном ритуале почитания бабочек, которые, танцуя и порхая в воздухе, вычерчивали на фоне неба мозаику из священных символов. Эти рассыпающиеся и вновь возникающие в воздухе знаки воспринимались как послания богов, как торжественные песнопения, которые можно услышать лишь внутренним слухом, слухом души. Малиналли, потрясенная, долго не могла произнести ни слова. Она лишь смотрела на бабочек, то тысячами садившихся на одно дерево, то одновременно поднимавшихся в воздух, отчего все вокруг вспыхивало отраженным от их крыльев оранжево-желтым светом. Лишь несколько минут спустя девочка спросила у бабушки: