А. Марченко - Диктатор

— И этого вы не знаете,— жестко оценил его замешательство Сталин.— Как сугубо гражданский человек, вы, получив пост наркомвнудела и звание комиссара государственной безопасности, что равнозначно званию маршала, обязаны были овладеть хотя бы минимумом военных знаний. Придется отдать вас на выучку к товарищу Ворошилову, он каждый день стреляет в тире.

При упоминании имени Ворошилова Ежов зябко повел плечами: между двумя наркомами уже давно пробежала черная кошка. Нарком обороны не считал нужным быть с ним, нар— комвнуделом, на равных.

— Так вот, чтобы покончить с вопросом о револьвере системы «Наган», запомните. Этот револьвер изобретен бельгийским оружейником Наганом в тысяча восемьсот девяносто пятом году, иными словами, в год вашего, товарищ Ежов, рождения. Имеет семизарядный барабан. Основной недостаток — неудобство заряжания. Отсюда следует, что даже если у гражданки Казинской-Грач имелись револьверные патроны россыпью, то, чтобы произвести выстрел, ей нужно было на виду у всех вставить их в барабан. Думаю, что эта затея была бы неосуществимая. И если бы она имела намерение вести стрельбу, то снарядила бы барабан заранее. Таким образом, выходит, что ваши лихие чекисты выстрелили из пушки по воробью.

Заметив, что Ежов переминается с ноги на ногу, Сталин махнул рукой:

— Будем считать, что вам все понятно. Где сейчас находится гражданка Казинская-Грач?

— В следственном изоляторе внутренней тюрьмы на Лубянке, товарищ Сталин,— четко отрапортовал Ежов.— И ведет себя крайне вызывающе,— поспешил добавить он.— Я лично ее допрашивал неоднократно и был просто обескуражен ее наглыми контрреволюционными заявлениями.

— Какими же? — поинтересовался Сталин.

— Во-первых, она заявила, что намеревалась стрелять в вас, товарищ Сталин.

— Но гражданка Казинская-Грач вряд ли смогла бы убить товарища Сталина, коль на страже порядка стоят такие железные наркомы, как товарищ Ежов,— язвительно произнес вождь.— Думаю, вопрос ясен. В ваших подвалах подследственные могут подписать показания даже о том, что они покушались на самого Иисуса Христа. Гражданка Казинская-Грач еще жива?

— Жива и невредима, товарищ Сталин. Нам важно выяснить, чьим орудием она была, замышляя злодейское покушение.

— Неужели невредима? — недоверчиво переспросил Сталин.— Грех причинять телесные повреждения такой красавице.

— Ну, если не считать пустячных синяков…— промямлил Ежов.

— Понятно,— усмехнулся Сталин.

Ежов предпочитал хранить молчание. Он сразу же вспомнил, как в телеграмме, направленной в НКВД, Сталин писал, что применение физического воздействия в практике НКВД было допущено с разрешения ЦК ВКП(б). В этой же телеграмме популярно разъяснялось, что все буржуазные разведки применяют физическое воздействие в отношении представителей социалистического пролетариата, и притом применяют его в самых безобразных формах. Спрашивается, говорилось далее в телеграмме, почему социалистическая разведка должна быть более гуманна в отношении заядлых агентов буржуазии, заклятых врагов рабочего класса и колхозников? ЦК ВКП(б) считает, что метод физического воздействия должен обязательно применяться и впредь, в виде исключения, в отношении явных и неразоружившихся врагов народа как совершенно правильный и целесообразный метод.

— Думаю,— подводя итог, мягко проговорил Сталин,— что обсуждаемый нами вопрос можно будет решить таким образом…

Он приостановился, и Ежов, боясь, что Сталин выскажет свое решение прежде, чем услышит из уст своего наркома главное доказательство вины этой стервы с револьвером системы «Наган», и что после этого вождю будет ох как несподручно это решение менять, представая перед своими собеседниками в роли человека, попавшего впросак, поспешно выпалил:

— Товарищ Сталин, разрешите доложить вам о главной улике…

Сталин, не привыкший, чтобы его перебивали, с нескрываемым удивлением, готовым обернуться гневной вспышкой, уставился на Ежова.

«Пусть лучше устроит мне выволочку за то, что перебил, чем за то, что не доложил о главном до принятия решения»,— пронеслось в уме сообразительного по этой части наркома, и он, выдержав короткую паузу, продолжил:

— При обыске на квартире, где проживает гражданка Казинская-Грач, обнаружен пакет с письмом на имя врага народа, бывшего маршала Тухачевского. В этом письме некий аноним предупреждает Тухачевского о его возможном аресте и о том, что ему грозит обвинение в организации военного переворота с целью свержения товарища Сталина!