Тейлор Колдуэлл - Монгол

Кюрелен отвернулся от Джамухи и задумчиво уставился в опустевший кубок. В юрте стояла тишина, прерываемая хриплым дыханием Джамухи. Кюрелен взял ломоть лепешки, обмакнул его в подливу, запихнул в рот и начал пережевывать, а затем медленно повернулся к Джамухе. В его глазах нельзя было ничего прочитать, но они странно заблистали. Кюрелен заговорил очень тихо:

— Джамуха Сечен, Темуджин на время оставил тебя на своем месте, и все станут повиноваться твоим приказам. Ты можешь приказать, чтобы мы немедленно отправились на зимние пастбища. Если мы выйдем туда сразу и будем быстро двигаться, то к рассвету мы окажемся далеко отсюда. Нас будет сложно достать, если Темуджин совершит… роковую ошибку… Нас на самом деле будет сложно найти. — Он продолжил еще тише: — Джамуха Сечен, в твоих руках бразды власти.

Тишина обрушилась на них, подобно свету молнии, а потом страшные раскаты грома заполнили юрту. Глаза Кюрелена сверкали огнем, когда он смотрел на бледное лицо Джамухи. Он увидел, как у Джамухи начали кривиться бледные губы.

Кюрелен, хороший знаток людей, немного наклонился вперед, чтобы лучше разглядеть молодого человека в полумраке юрты, и слегка улыбнулся. Кюрелен был мудрым, хитрым, умел наблюдать и сопоставлять увиденное. «Я не ошибся! — подумал он. — В груди этого бледного и внешне спокойного человека ярким пламенем пылает сумасшедшая жажда власти! Эта холодная душа хотела бы отомстить миру нормальных людей с горячей кровью».

Неожиданно Джамуха вскочил, как от невидимой боли. Он повернулся спиной к Кюрелену, не желая видеть в глазах мудреца отражение своей обнаженной страсти. Джамухе, чтобы устоять, пришлось прислониться к тяжелому резному сундуку, и он низко склонил голову на грудь.

Кюрелен погрузился в тяжкие думы, а потом его тонкое лицо осветила веселая усмешка. Он спрашивал себя: «Осмелится ли Джамуха в порыве страсти найти какое-нибудь извинение, чтобы последовать моему коварному совету? Ему всегда будут необходимы оправдания, этому сухому человеку без сил и мужской мощи, чтобы добиться исполнения страстного желания его жалкого и ненавистного сердца. У него никогда больше не будет подобного случая, и ему это прекрасно известно. Он должен выбирать между любовью и верностью, которые ничего ему не принесли, кроме унижения, горечи и зависти. Сейчас есть последняя возможность захватить то, о чем он мечтал по ночам, когда не мог спать от дикого желания достичь свою недостижимую цель».

Кюрелен всегда выше всего ценил конфликты, борьбу и волнения, происходящие в душе человека, он считал их интереснее тех, что существуют в реальном мире.

Он прекрасно понимал, как страдает от соблазна сейчас Джамуха, но не чувствовал к нему жалости, а только любопытство и удовлетворение тем, что оказался прав. Наконец он услышал глубокий, прерывистый вздох, Джамуха медленно повернулся к нему. Его бледное и унылое лицо было покрыто холодным потом. Он покачнулся и попытался ухватиться за сундук, чтобы не упасть, однако казался почти спокойным, а когда заговорил, у него был тихий и твердый голос.

— Кюрелен, возможно, твое предложение было бы самым подходящим для всех нас. Но так не должно случиться! Если Темуджин погибнет от своего безумия, мы погибнем вместе с ним. Если он умрет, для нас тоже не будет жизни. Он — наше сердце, а мы — его тело.

Кюрелен насмешливо улыбался и глядел на Джамуху со странной смесью презрения и уважения, а потом незаметно пожал плечами, налил в кубок вина и протянул его молодому человеку. Джамуха взял кубок — тот чуть не выскользнул из его онемевших пальцев. Джамуха трясущимися руками поднес кубок к бледным губам, быстро и с отчаянием выпил до дна, как человек, приговоренный к смерти, пьет отравленную жидкость. Все это время Кюрелен улыбался своей ненавистной кривой улыбкой.

Взяв из рук Джамухи пустой кубок, Кюрелен холодно промолвил:

— Перестань себя мучить и попытайся успокоиться! Ты думаешь об опасности, которую может навлечь на себя и свой народ Темуджин. Не цени его так низко, я уверен, что он обо всем этом подумал. Он любит риск, он властный человек, но он не глупец. Ты же со мной согласен?

Улыбаясь, он ждал ответа Джамухи. Но тот не мог отвечать и даже не замечал насмешки Кюрелена. Он кивнул.

— Темуджин любит женщин, но превыше всего он ставит себя и свою жизнь. Уверяю тебя, он вернется к нам целым и невредимым и не потеряет дружбу Тогрул-хана. Тебе не стоит волноваться!