Работник указал левой рукой на кузницу и сделал непристойный жест, затем снова ударил себя кулаком в грудь и указал левой рукой на дом. «Когда хозяин ложился с женщиной, я уходил в дом», – догадался Ной.
– Кто приходил ночью к Гидвону? – машинально спросил Ной. – Кто была эта женщина?
Спохватившись, он указал рукой на кузницу, затем очертил ладонями в воздухе нечто, похожее, по его мнению, на очертания женского тела и вопрошающе посмотрел на работника. Тот понял, а может, он умел читать по губам. Помотал головой, как будто говорил «нет», а затем поднял ладони и закрыл ими свое лицо так, чтобы не закрытыми остались только глаза. Ной понял, что женщина закрывала лицо свое и потому работник не знает, кто она.
– Я знаю, – сказал он работнику и ушел. «Столько дел еще предстоит, – думал Ной, – всего шесть дней осталось, а я теряю драгоценное время на то, на что предпочел бы не терять его совсем. Сим с Хамом скоро привезут дерево, Иафет уже работает, а я…»
Солнце поднималось по небу все выше и выше, но Ною казалось, что сейчас сумерки. Он шел, не обращая никакого внимания на то, что происходит вокруг, только в том месте, где оставил тело умершей нищенки остановился, но тела там уже не увидел и решил, что кто-то, в ком еще осталась жалость и сострадание, похоронил ее. Сразу же подумал о том, что в чьих-то душах еще могло остаться добро, что кто-то еще успеет раскаяться и решил, что возьмет с собой тех, кто в последний день придет к Ковчегу и попросит об этом. И тех, кто придет раньше тоже возьмет, благо место найдется, а припасов теперь можно купить достаточно. Если эти люди придут к Ковчегу и пожелают войти в него, значит, так угодно Господу…
«Я покончу со всеми, кто живет на земле: она переполнена их злодеяниями. Я уничтожу их всех, а с ними и всю землю. Но ты сделай себе из дерева гофер ковчег и устрой в нем отсеки, а изнутри и снаружи обмажь его смолой. Пусть он будет в длину триста локтей, в ширину – пятьдесят, а в высоту – тридцать. Сделай крышу – так, чтобы сверху она выступала на один локоть. Сбоку сделай дверь. Пусть будут в ковчеге первый ярус, второй и третий. Я затоплю землю и уничтожу на ней всех, в ком есть дыхание жизни. Все, кто живет на земле, погибнут. Но с тобою будет у Меня договор, что Я беру тебя под свое покровительство. Ты войдешь в ковчег – с сыновьями, женой и женами сыновей…»
– Все, кто раскается и возжелает спасения, – дети мои названные, – шептал Ной на ходу, – они войдут со мной в Ковчег и спасутся… Господи, если я неправ, то пошли мне знак и я последую воле Твоей…
Знака не было. Только камень, пущенный чьей-то недоброй рукой, угодил в спину, когда Ной шел мимо рынка, но Ной не обратил на него внимания, только ускорил шаг. Это злая забава бездельников – бросить в прохожего камень, а когда он остановится и начнет оглядываться по сторонам, забросать его целым градом камней, улюлюкая и насмехаясь. В неподвижную цель попасть много легче, нежели в движущуюся.
По мере приближения к Ковчегу не только на сердце становилось легче, но и солнце, казалось, светило все ярче и ярче. Придя на луг, Ной, к огромному своему удивлению, увидел там Сима и Хама, разгружавшими привезенное дерево. С учетом того, что строительство шло к завершению и для экономии времени, доски и балки складывали не под навесом, а у самого Ковчега, равномерно распределяя их по длине его, так, чтобы протянуть руку, взять и прибить на положенное место.
– Неужели у ваших волов выросли крылья? – пошутил Ной, несмотря на то, что видел волов, щипавших траву неподалеку, и видел, что никаких крыльев у них нет.
– Атшар оказался настолько любезен сегодня, что отрядил грузить наши подводы несколько человек, да еще сам вместе со старшим сыном помогал нам, – сказал Хам, переглянувшись с Симом. – Не успели мы вдохнуть и выдохнуть, как подводы были нагружены доверху, и мы тронулись в обратный путь.
– Ох, не верится мне, что этот скверный человек способен на такое без принуждения, – заметил Ной, оглядывая привезенное дерево и находя его превосходным. – Признавайтесь, что вы ему сказали или сделали.
– Не сказали мы ни одного плохого слова и не сделали никому из людей никакого зла, – сказал Хам. – Разве что нам не спешили отворять ворота…
– И что же?
– И тогда брат Сим стукнул по ним ногой… Представляешь, отец, у Атшара были такие хлипкие ворота, что от легкого толчка они повалились вместе с оградой.
– Видел я эти ворота, – многозначительно ответил Ной, давая понять, что провести его не удалось. – А что Гишара?
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу