Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

Подбадриваемый своими многострадальными друзьями, лорд Ротем решил отказаться от всех притязаний на руку самой ветреной кокетки в Лондоне и даже некоторое время прилагал к этому максимум усилий. Он позволил себе забыть о своем разбитом сердце на время, достаточное для того, чтобы предложить Шерри на спор участвовать в гонках, выбрав себе в качестве достойного идеала для подражания сэра Джона Лейда, который однажды совершил настоящий подвиг, двадцать два раза подряд проехав через ворота с проемом чуть-чуть шире его экипажа. Впрочем, никто из молодых людей не смог превзойти его достижение: Шерри потерпел неудачу уже на пятом прогоне, а Джордж – на седьмом.

Шерри ничуть не пострадал, а вот Ротем вывихнул себе плечо и несколько дней ходил с рукой на перевязи, отчего выглядел еще романтичнее обыкновенного, так что те, кто был плохо проинформирован, принялись распространять слухи о том, что он, дескать, вызвал кого-то на дуэль и был ранен. Эта история в конце концов достигла ушей Изабеллы, и она вполне естественно предположила, что стала причиной кровавой схватки. Девушка не одобряла дуэлей, но не могла не чувствовать себя хотя бы капельку польщенной и встревоженной в равной мере; и, поскольку Джорд не желал являться ей на глаза, однажды утром она под каким-то предлогом нанесла визит на Хаф-Мун-стрит, чтобы выведать у Геро подробности случившегося.

Геро, только что вернувшаяся с верховой прогулки по Парку, щеголяла изящной маленькой шляпкой с чудесным плюмажем, пикантно завивающимся на полях, отчего сердце мисс Милбурн преисполнилось зависти. Леди Шерингем приняла гостью со своим обычным солнечным радушием, искренно поблагодарила ее за роман в мраморной обложке, только что выпущенный издательством «Минерва Пресс», который Изабелла и выбрала в качестве предлога своего визита, и предложила той присаживаться. Мисс Милбурн, похвалив ее пикантную шляпку, призналась, что если бы сама ездила верхом лучше и если бы не боялась лошадей, то, пожалуй, тоже поддалась бы искушению прокатиться верхом по парку.

– Знаешь, я ведь тоже не очень хорошо езжу верхом, – откровенно призналась ей Геро. – Шерри говорит, что я криворукая. Но это неправда, потому что со своим фаэтоном я управляюсь очень даже неплохо. Меня учил Джил, а он, скажу тебе прямо, настоящий ас в этом деле. Однако вся штука в том, что вчера моя кобыла понесла; из-за этого поднялся такой шум! – Она весело захихикала. – Шерри разозлился до чертиков, но не мог же он обвинить себя в приобретении для меня такого неуправляемого животного! Кстати, она меня не сбросила, так что и волноваться особенного повода не было. Собственно, Джордж сказал, я прекрасно держалась в седле.

Мисс Милбурн обеими руками ухватилась за представившуюся возможность. Опустив глаза долу, она трагическим голосом осведомилась:

– Надеюсь, лорд Ротем серьезно не пострадал?

– О нет, ни чуточки!

– Мне было очень неприятно узнать… я полагаю подобное поведение возмутительным, как и все разумные люди. Кто… кто был его соперником?

– Как кто? Шерри, конечно, кто же еще! – ответила Геро. – Нет, ты и вправду шокирована, Изабелла? А я была уверена, что ты не настолько консервативна!

– Шерри? – ахнула мисс Милбурн, быстро вскидывая глаза на Геро. – Однако это невозможно! О, я бы не позволила такому совершиться ни за что на свете!

– Право слово, ты ничем не лучше миссис Шерингем! – с негодованием вскричала Геро. – Она даже явилась ко мне с визитом, но только для того, чтобы сказать мне, что, не будь я такой плохой женой, то уже давно бы положила конец всем этим сумасбродным выходкам!

– Геро, что произошло? – спросила мисс Милбурн, озабоченно наморщив лобик, так что между бровей у нее появилась складка. – Насколько я понимаю, рана была получена Джорджем не на дуэли?

– На дуэли? Боже милосердный, нет конечно! – со смехом ответила Геро. – Какая нелепость! Джордж всего лишь предложил Шерри на спор проехать сквозь узкие ворота, пообещав выиграть, чего, собственно, и добился, хотя ему удалось проскочить в них невредимым всего семь раз против пяти Шерри!

Мисс Милбурн покраснела до корней своих восхитительно подстриженных и бережно уложенных медно-красных локонов и, стараясь не выдать голосом охвативших ее чувств, произнесла:

– Я ничего не знала об этом. Какой… какой абсурд! Нет, правда, это уже слишком! И неудовольствие миссис Шерингем меня ничуть не удивляет. – Встретив насмешливый взгляд хозяйки, она деланно рассмеялась. – О! Не смотри на меня так, дорогая! Меня это решительно не касается. Ты будешь завтра вечером в «Олмаксе»?