Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

Геро, хотя ей и было интересно впервые в жизни посмотреть на взлет воздушного шара, пребывала отнюдь не в радушном настроении. Тому виной оказалось поведение мисс Милбурн. Отношение ее к девушке нельзя было назвать иначе, чем задушевным и ласковым, тогда как своего возлюбленного она довела капризами буквально до белого каления. Геро не могла найти оправдания ее кокетству и была поистине шокирована тем, как она то распаляла, то остужала страсть бедняги Ротема.

Невозможно было понять, то ли мисс Милбурн сожалеет о том, что вдохнула в него надежду подаренной ему розой со своего корсажа, то ли мстит за то, что оказалась в обществе столь нерасполагающего джентльмена, как мистер Гамли. Но, хотя время от времени Изабелла делала вид, будто отвечает Джорджу взаимностью, позволяя молодому человеку, например, задержать свою руку на мгновение дольше необходимого, когда он помогал ей выйти из ландо, по большей части, ее поведение оставалось вздорным и раздражительным, она ясно давала понять: все потуги доставить ей удовольствие тщетны.

Один раз Геро, проникшаяся симпатией к Джорджу, не удержалась и с упреком, причем весьма красноречиво, взглянула на Изабеллу, но Красавица сделала вид, будто ничего не заметила. Она принялась оживленно рассказывать о маскараде, на котором побывала неделей ранее, и Геро, в силу молодости и неопытности не слишком-то разбиравшаяся в повадках избалованных красоток, сразу же поняла – причина, подвигшая мисс Милбурн заговорить об этом событии, заключалась в том, что туда ее сопровождал его сиятельство герцог Северн.

Неудивительно, решила Геро, что к концу мероприятия лорд Ротем насупился и выглядел мрачным, даже взбешенным. Повинуясь внезапному порыву, девушка крепко сжала его руку своими, прощаясь с ним у дверей, и застенчиво сказала:

– Не обращайте внимания, дорогой Джордж! Полагаю, у нее просто болит голова.

Он, покраснев, пробормотал нечто нечленораздельное и стремительно зашагал вниз по улице. Геро же, глядя ему вслед, впервые подумала о том, что, возможно, ее обожаемому Шерри в некотором смысле определенно повезло и он совсем не заслуживал той жалости, с которой она относилась к нему изначально.

На протяжении нескольких следующих недель очередные посетители оставили свои визитные карточки на Хаф-Мун-стрит, поскольку вездесущий мистер Стоук заручился согласием виконта и разместил в «Морнинг Пост» объявление о том, что лорд и леди Шерингем поселились по этому адресу. Гости постарше нанесли визиты, считая себя обязанными засвидетельствовать свое почтение супруге Шерри. Вряд ли можно было ожидать, что матроны с полными надежд дочками на выданье, будь они в ясельном или студенческом возрасте, озаботятся семнадцатилетней новобрачной; и поскольку ни одна знатная дама не сочла своим долгом ввести Геро в высший свет, то девушка заводила дружбу с женщинами молодыми и, как правило, эффектными.

Одной из самых первых ее посетительниц стала миссис Хоби, энергичная, жизнерадостная девица, представившаяся дальней родственницей Геро; она буквально ошеломила леди Шерингем своими восклицаниями, протестами и наставлениями. Миссис Хоби была женой ирландца; он, являясь наследником внушительного состояния, жил на пособие в восемьсот фунтов в год, ожидая возможности вступить в права собственности. Женщина призналась: она даже не подозревала о существовании Геро до тех пор, пока не прочла в газете извещение об их браке, но, узнав, что имеет кузину, приходящуюся дочерью дорогому дяде Джеффри, решила не терять времени и немедленно нанести ей визит.

Одного быстрого взгляда миссис Хоби хватило, чтобы понять – ее новая родственница исключительно молода и неопытна, поэтому она возжелала взять ее под свое крылышко. Геро неоткуда было узнать о том, что покровительство взбалмошной особы, прозябающей на задворках общества, не прибавит ей популярности, и она без колебаний приняла приглашение на праздничный вечер в «Пантеоне» после того, как миссис Хоби снисходительно рассмеялась над ее замечанием: она, дескать, не может отправиться туда одна, без Шерри.

– О, моя дорогая леди Шерингем, уверяю вас, это вполне в порядке вещей! Признаюсь откровенно – потому что вижу, насколько чужда вам та легкомысленная и бурная жизнь, которую мы ведем в Лондоне, – нынче совершенно не в моде бывать всюду исключительно в сопровождении супруга! Нет, положительно, это будет сочтено проявлением дурного тона, а я с самого первого взгляда поняла: вы совсем не такая!