Джорджетт Хейер - Воспитание чувств

– Черт побери, но как я могу все время быть рядом? Или ты полагаешь, я должен отказаться от своего прежнего образа жизни только потому, что женился?

– Я полагаю, для тебя пришло время остепениться немного, мой мальчик. Правда, мне самому эта идея никогда особенно не нравилась, вот почему я и остаюсь холостяком. Я считаю, мужчина не может продолжать и дальше жить по-прежнему после того, как свяжет себя брачными узами. И что ты теперь намерен делать?

– Найти ее, разумеется! Я было решил, что она уехала или к моей тетке Фейкенхем, или даже к леди Сефтон, но ее там нет. Говорю тебе, у меня уже голова кру́гом идет, Джил! Суди сам: я слушаю все эти выдумки о том, что ей нездоровится; отгоняю любопытных, пытаясь сгладить неприятности, которые принесла эта чертова несостоявшаяся гонка; не знаю, где искать ее… И вдобавок я еще вынужден по-прежнему жить в этом проклятом доме… Словом, иногда мне хочется собственными руками свернуть Котенку шею! С тех пор как она сбежала, мне даже некогда было хоть на денек вырваться на охоту; я мотаюсь по всей Англии, ищу ее; а еще меня снедает такое беспокойство, что я не могу спать по ночам! Проклятье, да она может позаботиться о себе не лучше той канарейки, подаренной тобой! Только не говори мне, что я отвечаю за Геро! Но правда такова: мне изначально не следовало жениться на девчонке, едва выпорхнувшей из пансиона!

Мистер Рингвуд, метнув на виконта острый взгляд исподлобья, спросил:

– Жалеешь об этом, Шерри?

– Мне вообще не нужно было ни на ком жениться! – с раздражением воскликнул Шерри. – Посмотри на меня и не повторяй моей ошибки, Джил! В женитьбе нет ничего хорошего, одни беспокойства и неприятности; а самое плохое заключается в том, что ты ничего не можешь изменить и… – тебе этого даже не хочется! Полагаю, вся штука в том, что к наличию жены привыкаешь, пусть и незаметно, а потом… Проклятье, Джил, я очень скучаю по ней!

– Смею надеяться, она вернется к тебе, – невозмутимо ответил мистер Рингвуд.

– Да, то же самое я говорю себе, а иногда даже верю в это. Быть может, она решила подшутить надо мной, потому что всегда была непослушной и озорной девчонкой! А потом я начинаю думать, что нет, этого не может быть, а затем спрашиваю себя, во что она могла впутаться на сей раз… Словом, ничего удивительного, что сон бежит от меня! Ах, если бы у меня была хотя бы зацепка, где ее искать! – Виконт провел рукой по своим светлым волосам. – Изабелла вернулась в город. Так во всяком случае говорят. Пожалуй, она сможет помочь мне, потому что с Котенком они дружны с самого детства. Я отправил ей записку и попросил о личной встрече. Не знаю, можно ли довериться ей насчет того, что она не станет болтать об этом на каждом углу, но, если Котенок не вернется в самое ближайшее время, правда, рано или поздно, все равно выплывет наружу, так что особой роли это не играет.

Закончив разговор с Шерри, мистер Рингвуд остался вполне доволен услышанным. Он даже заявил лорду Ротему, что, по его мнению, дело уладится ко всеобщему удовлетворению, и наложил решительный запрет на предложение его светлости рассказать Шерри всю правду.

– Проклятье, Джил, мне это не нравится! – сказал Джордж. – Ты не представляешь, какие страдания испытывает мужчина, когда женщина, которую он любит…

– У нас нет причин полагать, будто Шерри любит Котенка.

– А я в этом уверен. Он выглядит больным, не ездит на охоту, не бывает на скачках и даже не заглядывает в «Вотьерз»!

– Это ему не повредит, – заявил мистер Рингвуд, на которого столь жалостливая картина не произвела особого впечатления. – Собственно говоря, я думаю, ты прав и он действительно любит ее. Но сам об этом не знает, а ему пора бы узнать. Только сегодня Шерри говорил, что хочет свернуть ей шею. Ему предстоит пройти еще долгий путь, Джордж.

Мысль о том, что кто-то хочет свернуть шею Геро, привела Джорджа в ярость, поэтому он тут же отказался от дальнейших попыток уговорить мистера Рингвуда смягчиться в отношении Шерри. Но по собственным словам виконта, его по-прежнему беспокоило то, что Геро оставалась глубоко несчастной.

Мистер Рингвуд согласился с ним, однако заявил: уж лучше пусть бедняжка немного побудет несчастной, чем потом они с Шерри станут чужими друг другу, а он боялся, что именно так и произойдет, если их нелепый брак будет и далее развиваться своим чередом. Более того, он смог заверить Джорджа, что леди Солташ моментально прониклась к Геро несомненной симпатией и, выслушав всю историю о ее браке, решительно одобрила вмешательство внука.