Бетти Смит - Милочка Мэгги

Милочка Мэгги всхлипнула еще громче.

— Ну же, Маргарет, перестань! Хватит плакать. Ну же, Маргарет! — Он погладил ее по волосам. — Ну же, Маргарет, хватит. Хватит, Мэгги. Милочка Мэгги. Послушай меня! Ты добилась, чтобы я называл тебя Милочка Мэгги. Можешь называть меня Клоди, если тебе так хочется.

Милочка Мэгги покачала головой, продолжая всхлипывать. Клод встряхнул ее.

— Прекрати, дурочка. Разве ты не понимаешь, что я непременно хочу жениться на тебе в католической церкви? И знаешь почему?

Милочка Мэгги перестала всхлипывать и прислушалась.

— Потому что католическая церковь не признает развода. Я хочу, чтобы мой брак был нерушим. После свадьбы ты постепенно поймешь, что я никчемный бездельник, и захочешь со мной развестись. Но не сможешь. И останешься моей навсегда. Так что вытри глаза и скажи, как нам все это устроить.

Милочка Мэгги вытерла глаза.

— Тебе нужно сходить к отцу Флинну. Он даст тебе наставления. Я договорюсь с ним, чтобы он тебя принял, а цыплята уже, кажется, готовы.

Клод не смог удержаться от смеха. И смеялся до изнеможения.

— В чем дело?

— В тебе. В тебе дело. О, Маргарет! О, Милочка Мэгги, моя практичная возлюбленная!

Сон Пэта остался глух к рыданиям Милочки Мэгги, но не к хохоту Клода. Пэт перевернулся на другой бок и проворчал: «Аспид».

Клод с Милочкой Мэгги подбросили в огонь угля, сварили еще кофе и съели жареных цыплят, закусывая хлебом с маслом, попутно строя планы на свадьбу. Милочке Мэгги хотелось знать, где они будут жить.

— Здесь, — ответил Клод, — если никто не против.

— Но наш район такой ветхий…

— Обожаю этот район.

— И этот дом такой старый…

— Он замечательный! Здесь чувствуешь себя в безопасности — как дома .

— Но здесь живет папа…

— Мне нравится твой отец. Его верность собственным принципам по-настоящему уникальна. Я устроюсь на хорошую работу и стану оплачивать все расходы. Твой отец будет нашим гостем.

— Папа будет платить сколько-то за себя и за Денни.

— Я ему не позволю. Только подумай, — радостно заявил Клод, — у меня же никогда ничего и никого не было! А теперь у меня будет жена, отец, братишка и жизнь в собственном доме! И все это для меня!

Милочку Мэгги осенило:

— Получается, ты вырос в приюте.

Она увидела, как Клод заморгал, но не дождалась в ответ ни «да» ни «нет». Но она поняла, что угадала.

— Мне хотелось бы, чтобы ты мне рассказал…

— Нечего рассказывать. Я был маленьким мальчиком, потом я вырос, получил неплохое образование и стал скитаться по свету. Меня можно было бы назвать бродягой, разве что я работаю по пути.

— Но с тобой же что-то происходило, ты же встречал кого-то, с кем становился по-настоящему близок…

— Ты хочешь спросить, есть ли у меня прошлое?

— Наверное, так.

— Мое прошлое — это ты . Мое прошлое, мое настоящее и мое будущее. Я творю свое прошлое прямо сейчас. И мне оно нравится. Может быть, лет через двадцать кто-нибудь спросит меня про мое прошлое, и я отвечу: «Мое прошлое началось в один прекрасный день на пасхальной неделе, в Бруклине, где я встретил девушку по имени Маргарет Роуз Мур, которую все называли Милочка Мэгги».

Некоторые мужчины не созданы для работы и уклоняются от нее, покуда есть возможность. Когда совесть все же принуждает их заняться трудом, они зачастую выбирают самую тяжелую работу, какую могут найти, возможно, в качестве самонаказания или чтобы доказать, что им по плечу тяжкий труд. Клод устроился на временную муниципальную работу по уборке снега.

Для многих снег был проклятием, но для безработных и детей он был настоящим подарком. Несмотря на войну, забравшую большинство мужчин на фронт, а всех остальных обеспечившую хорошо оплачиваемыми рабочими местами, снег все равно оставалось кому разгребать: этим занимались те, кто был слишком стар или слишком молод для постоянной работы, студенты, ищущие возможности положить в карман несколько долларов, и бродяги.

В одном из дальних районов Бруклина был начальник службы по вывозу мусора, который был словно рожден, чтобы нанимать студентов на уборку снега. Хенни Клинн дослужился до своей должности с самых низов. Он начинал дворником, снова и снова проходил экзамен для государственных служащих, пока наконец не сдал, по блату выбился в суперинтенданты и наряду с другими обязанностями получил власть нанимать и увольнять студентов. Ему нравилось брать их на уборку снега, потому что он на дух не переносил тех, кто учился в университете. Когда Клод пришел наниматься на работу, Хенни оглядел его с ног до головы и счел ценным трофеем.