Как раз в эту минуту часы на колокольне начали бить. Карл распахнул окно, и Анни побежала закрывать дверь спальни, чтобы ребенка не продуло. Ночь была холодная и тихая. На небе сияли звезды и полумесяц. Чистый белый снег сверкал в лунном свете, как ковер, усыпанный бриллиантами.
– Как пишут в книгах, – сказала Анни, – от этого замирает сердце.
Они принялись вслух считать удары: девять – десять – одиннадцать…
– Счастливого Нового года, любимая! – воскликнул Карл.
– С Новым годом, дорогой! – ответила она.
Часы на колокольне начали исполнять «Доброе старое время» [29] Auld Lang Syne – шотландская песня на стихи Роберта Бернса, которую по традиции поют при наступлении нового года, переведена на русский С. Маршаком под названием «Старая дружба».
. Карл и Анни стояли, обняв друг друга за талию, и подпевали. Анни, как всегда, пела в другой тональности.
Песня закончилась, и они закрыли окно.
– Ты купил маршмеллоу? – осведомилась Анни.
– Купил что?
– Ты же знаешь. Я собираюсь приготовить какао, чтобы отпраздновать Новый год. Правда, шампанское было бы лучше.
– Пусть какао немного подождет. Посиди у меня на коленях под «Доброе старое время».
– Мы выпьем по чашке какао под «Доброе старое время», – возразила Анни.
– Но прежде посиди у меня на коленях, Анни.
– А ты сначала догони!
Карл начал гоняться за ней вокруг кухонного стола. Она со смехом убежала в жилую комнату, он – за ней. Джелло принял деятельное участие в погоне, с громким лаем носясь за ними. Конечно, малыш проснулся и заплакал.
– Вот видишь, что ты наделал! – воскликнула Анни и, войдя в спальню, взяла ребенка на руки. – Что такое, мой маленький? – ворковала она. – Что такое? – Он заплакал громче. – Это ты виноват, – укорила она Карла. – Теперь он не уснет всю ночь.
– Дай-ка его мне, Анни. Я укачаю его, и он заснет.
– Малышей не полагается качать. Это их испортит.
– О, к черту этот вздор! Передай мне моего сына!
Карл взял ребенка на руки и принялся укачивать. Вскоре, пустив слюни на рубашку Карла, малыш уснул.
Анни наблюдала, как муж укачивает сына.
– Ревнуешь? – спросил Карл.
– Мне просто грустно оттого, что кто-то занял мое место.
Но на самом деле она была довольна. «Как хорошо, – подумала она, – что Карлу нравится с ним нянчиться. Значит, мне не нужно волноваться о том, что будет с моим ребенком, если я умру, или что-нибудь такое…»
Внезапно наступил июнь – а вместе с ним и время выпуска Карла.
У Анни было новое платье – белое, потому что она хотела чувствовать себя причастной к дню выпуска. Из-за ребенка она не могла пойти на стадион и аплодировать, когда Карлу выдадут диплом. Однако можно посмотреть, как он марширует к стадиону, и помахать ему. Она сказала Карлу, что будет на левой стороне дороги. И пусть он не забудет помахать в ответ! Он пообещал, что не забудет.
По обе стороны дороги, ведущей к арке перед стадионом, собрались толпы. Но люди были так любезны, что пропустили вперед Анни, малыша в коляске и Джелло.
Инженеры важно выступали в расстегнутых мантиях; их шапочки с квадратным верхом были сдвинуты набекрень, и они махали, что-то крича своим знакомым. Вслед за шумными инженерами шли юристы, в застегнутых мантиях, с безупречно сидевшими на голове шапочками. Они держали строй, маршируя по прямым линиям. В отличие от инженеров, они были очень торжественными.
Случилось так, что единственная студентка выпускного курса оказалась рядом с Карлом, и они беседовали на ходу. Девушка была уверенная и красивая, и Анни внезапно ощутила острую боль, как бывало раньше. Она здесь чужая, даже в своем белом платье.
Анни вынула сына из коляски и высоко подняла его, но Карл искал их на правой стороне дороги. Он уже собирался пройти через арку, так и не увидев их, как вдруг Джелло узнал его и истошно залаял. Карл повернул голову и радостно улыбнулся своей семье. Малыш улыбнулся в ответ, демонстрируя два новеньких нижних зуба. Анни помахала, а Джелло так энергично вилял хвостом, что с трудом потом отдышался. Красивая студентка повернулась и с улыбкой помахала Анни. А люди, стоявшие возле Анни, заулыбались. И она вдруг почувствовала, что все хорошо.
Анни сидела на крыльце, поджидая Карла с его дипломом. Юный Карлтон сидел на лужайке, пытаясь накормить Джелло травой. Он протягивал собаке травинку, Джелло брал ее, а потом клал на лужайку. Юный Карлтон подбирал травинку и опять давал Джелло, а тот снова брал ее и клал на траву. Все это продолжалось бесконечно долго, и малыш каждый раз заливался смехом.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу