Кэти Кэссиди - Черри влюбилась

– Мне, наверное, лучше пойти за ней, – тихо говорит Шэй. – У неё истерика.

Унижение, острое и болезненное, сводит мне рот. Я молчу – сама ведь во всём виновата.

Шэй взбирается вверх по тропинке. В последний момент он оборачивается на меня и, нахмурив брови, серьёзно говорит:

– Всё будет хорошо, Черри. Обещаю. Теперь я знаю, что мы с Шэем – одного поля ягоды. Он тоже лгун.

Некоторые постоянно наступают на одни и те же грабли.

Я обещала себе завязать с враньём, однако ложь течёт с моего языка будто липкий сахарный сироп, просачиваясь во все щели. Я хотела сделаться в Танглвуде своей, но, как всегда, ложь вышла мне боком. Я сама себе навредила. Та странная женщина с почты, цыганка, предсказывала, что мне предстоит сделать выбор. Я опять ошиблась, в стопятидесятый раз. Всё было просто и понятно: новая мама, новые сёстры, будущее… или Шэй Флетчер. Куда уж яснее? Тем не менее я умудрилась загубить собственное счастье. Пожадничала, захотела всё и сразу. Я – лгунья, «белая ворона», гадина, которая рассорила Шэя и Ханни. Правда, Шэй только что побежал за ней… И почему я не удивлена?

Не знаю, переживу ли я эту ситуацию. Я идиотка. Верила, что всё складывается замечательно, а на самом деле обманывала себя. Шарлотта никогда не станет мне мамой, Скай, Саммер, Коко и Ханни – сёстрами. Я лишила себя будущего в ту самую минуту, когда запала на Шэя Флетчера.

У меня никогда не было настоящей семьи, даже памяти о ней. Есть лишь несколько смутных воспоминаний и огромная дыра в сердце – там, где должна быть мама. До этого дня я полагала, что папина любовь отчасти залатала эту прореху, но теперь сомневаюсь и в этом.

Страшно даже представить, что скажет папа, когда обо всём узнает, ведь я вдребезги разбила новую жизнь, которую он с таким трудом строил для нас обоих. Я мечтала о семье, а сейчас чувствую себя самым одиноким человеком на свете.

Мой взгляд падает на «угнанную» байдарку, что лежит на песке. Я бегу к ней и сталкиваю в воду. Поплыву в закат, сгину навсегда, как моя мама…

– Эй! – кричит сверху Шэй. – Черри, ты что творишь? Стой! Подожди меня!

Лодка уже покачивается на волнах. Шэй может серьёзно мне помешать. Какой смысл его ждать? Разве это что-то решит? Он уже бежит по пляжу, а меня охватывает непреодолимое желание уплыть от него, оказаться как можно дальше.

Я захожу в море прямо в балетках, выкрашенных коричневой краской. Прежде я ни разу не садилась в лодку. Байдарка неуклюже качается с боку на бок, зачёрпывает воды, когда я в неё залезаю. Пышная юбка из тюля уже промокла. Я пытаюсь оттолкнуть лодку от берега при помощи весла, но Шэй оказывается проворнее. Он забегает по колено в воду, выхватывает у меня весло, выправляет качающуюся байдарку.

– Ты с ума сошла! Быстро на берег, – командует он.

– Не могу, – всхлипываю я. Слёзы градом катятся у меня по щекам. – Шэй, я так старалась… и только всё испортила. Мне нужно исчезнуть. Пожалуйста, отпусти меня…

– Черри, не глупи, – уговаривает Шэй. – Скоро ночь, а в темноте нельзя выводить лодку в море. Это опасно!

– Не могу я тут оставаться, – реву я. – Неужели ты не понимаешь? Мне нужен необитаемый остров или волшебная страна, где все счастливы и никто меня не ненавидит. Сяду в лодку, и пусть течение несёт меня в Японию. На худой конец, буду скрываться в пещерах до конца дней своих. Короче, я сбегаю!

На лице Шэя отражаются сомнения, а потом он быстро – так быстро, что я едва успеваю сообразить, в чём дело, – запрыгивает в лодку вместе со мной и начинает грести. Покачиваясь и подпрыгивая, маленькая байдарка скользит по волнам прочь от берега.

– Давай договоримся, – говорит Шэй, ритмично совершая гребки то с одного, то с другого борта, – мы никуда не сбегаем, а просто едем на морскую прогулку, коротенькую такую прогулку, на полчасика. Если задержимся дольше, Пэдди и Шарлотта увидят, что нас нет, и поднимут панику.

– Шэй, они даже не заметят! Во-первых, у них своих проблем хватает, ну и ещё этот романтический ужин сегодня вечером…

– Не важно. Я отвечаю за эту лодку, и моё решение – никто никуда не сбегает. Разве что на полчаса. Идёт?

– Ладно.

Некоторое время тишину прерывает лишь плеск весла. Сгущаются сумерки, море спокойно и безмятежно, однако в воздухе чувствуется неуловимый риск приключения и даже смутная опасность. Я вдруг осознаю, что байдарка – не самое надёжное транспортное средство. Стоит мне изменить положение, как она начинает «клевать носом» или крениться; сунешь руку в воду, и движение замедляется, возникают рывки. Даже когда я сохраняю неподвижность, чуть-чуть упираясь в ноги Шэю, лёгкая боковая качка напоминает, что под ногами у нас не твёрдая почва, а бездонный океан, и мы отдали себя на его милость.