Сергей Никитин - Большой путь

И начинались длинные воспоминания о том, как папа поражал учителей своими способностями.

Таня готовила уроки наспех. Торопливо прочитает один раз задание, захлопнет книжку, и ее веселенькие кудряшки уже мелькают где-нибудь на дворе. А часто бывает и так, что сделаны только письменные уроки, а устные… «Да зачем сидеть над ними? Я все помню, что рассказывала Фаина Петровна на уроке».

Она и вправду помнила все, что рассказывала учительница. Но так как Таня была непоседой, постоянно оглядывалась, улыбалась подругам, теребила свои кудряшки, тянулась посмотреть в окно, то она не всегда слышала Фаину Петровну. Тогда Фаине Петровне приходилось выводить в танином дневнике четверки и даже тройки. При этом она всегда с горечью говорила:

— С твоими способностями, Таня, стыдно так учиться.

И вот потолковать об этом Фаина Петровна пришла к таниной маме. Тани не было дома. Мама очень всполошилась, она думала, что учительницы приходят только к плохим ученикам и отъявленным озорникам. Она побледнела и упавшим голосом спросила:

— Что случилось?

— Ничего, — мягко улыбнулась Фаина Петровна, но большие темные глаза ее смотрели на маму строго.

И мама почувствовала себя в эту минуту маленькой провинившейся школьницей.

— Садитесь, пожалуйста, — виновато предложила она.

Фаина Петровна села и внимательно оглядела комнату с большим красивым буфетом, оранжевым абажуром над круглым столом и широкой тахтой в углу, под пальмой.

— Я пришла поговорить с вами о Тане, — сказала она очень четким голосом, каким привыкла говорить на уроках.

— Я так и знала! Что же случилось? — опять спросила мама.

— Да уверяю вас, ничего! Я считаю Таню очень способной…

Мама гордо подняла голову.

— Но, мне кажется, — продолжала Фаина Петровна, — что она учится не в меру своих способностей. Она очень мало работает. Она должна учиться только на пятерки. Четверка для нее — плохая отметка.

Мама пожала плечами и холодно заметила:

— До сих пор я знала, что четверка — вполне хорошая отметка. А насчет работы… Что ж, зачем девочке переутомляться? Она все может схватить налету. Вы сами говорите…

— А где Таня готовит уроки? — спросила учительница.

— А вот здесь, пожалуйста.

И мама провела Фаину Петровну в танину комнату. Это была маленькая комната с одним окном на двор. У окна стоял письменный стол, на нем в беспорядке лежали книги, а на них, вытаращив неестественно синие глаза, сидела кукла с отбитым носом. Валенки стояли посреди комнаты, точно собирались идти куда-то, но остановились в изумлении: «Что это за странное посещение?». Ботинки с коньками валялись на смятой постели.

Мама очень смутилась:

— О, извините, Танечка собиралась на каток и ушла за подругой. Я еще не успела убрать… Да, признаться, и некогда…

— Так, так, — задумчиво сказала Фаина Петровна.

В это время в комнату вбежала раскрасневшаяся Таня.

— Здравствуйте! — радостно закричала она. — А мне девочки на дворе сказали, что вы к нам пошли.

Но встретившись со строгими глазами учительницы, она смолкла в недоумении. Неужели она в чем-нибудь провинилась? В одну секунду в памяти пробежал весь день, вся неделя. Нет, все было в порядке, она вела себя примерно, отвечала на уроках хорошо.

— Таня, ты можешь сейчас, при мне, убрать свою комнату? — спросила Фаина Петровна.

И только? От сердца отлегло.

— Конечно, могу!

Она схватила мокрые валенки, отнесла на кухню к плите, прибрала книги, оправила постель, а про куклу сказала, что ее давно пора отправить в сарай.

— Все? — И она вопросительно взглянула на учительницу.

— Все, — кивнула Фаина Петровна. — Ты собралась на каток? Иди.

— Вас она слушается, — сказала мама, когда Таня ушла. — А вот меня — нет. Сколько раз я просила ее убирать свою комнату! Но она не слушает. Я думала, что ей трудно и убирала сама.

— Вот так, — твердо начала Фаина Петровна, — договоримся…

И мама вдруг почувствовала, что эта высокая, просто и аккуратно одетая женщина с сединой на висках, с большими строгими глазами знает Таню лучше, чем она, что ее нужно слушать, нужно верить ей.

Они договорились, что у Тани будет строгий режим дня, что, несмотря на свои «исключительные способности», она каждый день будет работать над уроками, будет помогать маме по хозяйству.

Относительно уроков мама опять пыталась осторожно возразить: «не утомится ли Таня?»