Иоанна Хмелевская - Пафнутий

Последнее замечание показалось Марианне особенно обидным.

– Сами они дрессированные! – фыркнула она, опять отбегая на несколько метров.

Марианна могла свободно переговариваться с Ремигием, потому что звери умеют говорить голосами, не слышными для людей.

Марианна опять пробежала вперед, и Ремигий неслышно последовал за ней, прячась в кустах. Остальные звери тоже не показывались людям, хотя их много собралось кругом. Всем хотелось видеть, что происходит.

– Люди так и не поняли, что ты их куда-то ведешь, – сказал лис Марианне. – А ты им очень понравилась. Они говорят – просто красавица.

– А я думала, что они не только глухие, но и слепые. Оказывается, у них есть глаза, – милостиво заметила Марианна.

Пробежав оставшиеся до ямы метры, Марианна перепрыгнула через нее и остановилась столбиком по ту сторону ямы. Не сводившие глаз с красавицы выдры люди, как загипнотизированные, следовали за ней, и яму заметили лишь тогда, когда один из них с криком свалился в нее. В это мгновение Марианна скрылась в лесной чаще.

– Неплохо получилось, – комментировал Ремигий выкрики людей, доносящие в чащу. – Они уверены, это сделал лесничий. Говорят, не любит он, когда в его лесу хозяйничают, и сделал так из вредности. И еще говорят – надо поскорее убираться, пока не появился здесь и опять не «влепил им штраф». Не знаю, что это такое, но наверняка для них неприятное.

Люди поспешили вытащить из ямы свой узел с запчастями от машины. Они так торопились, что не заметили лежащий на самом дне ямы, под полотнищем, какой-то блестящий на солнце предмет. Зато его заметила сорока. Выждав, пока люди отошли на несколько шагов, она нырнула в яму, схватила блескушку и, счастливая, полетела в лес.

Старый барсук опять озабоченно почесал в затылке.

– То, что забрали сороки, считай, пропало, – сказал он. – Ремигий, как думаешь, обойдутся люди без этих блестящих побрякушек или заставить сорок вернуть им?

– Думаю, обойдутся, – решил Ремигий. – Как-нибудь обойдутся. А в лесу они оставаться из-за них не собираются. И уверен, больше никогда сюда не приедут чинить свою машину…

– Напрасно барсук ругал меня, – говорила на следующий день Марианна, подсовывая Пафнутию оставшуюся рыбью мелочь, которую он не заметил в траве. – А я оказалась права. Люди испугались и сбежали.

Пафнутий был полностью согласен с выдрой. Люди и в самом деле не только поторопились сбежать с полянки, но и собрали в большую сумку весь хлам, набросанный ими. Полотнище тоже прихватили, так что полянка оказалась идеально чистой.

А Марианна продолжала развивать свою мысль.

– Я считаю, – говорила выдра, – нужно каждый раз их пугать. Очень действенный метод! Имеет смысл что-нибудь забирать у них и прятать. Только я никогда больше показывать спрятанное не буду. Выглядело это довольно забавно, согласна, но уж очень я волновалась.

– Оки оят, – заявил Пафнутий. Обернувшись, выдра укоризненно поглядела

на медведя. Тот сконфузился и поспешил проглотить рыбу.

– Я хотел сказать – сороки проследят, – пояснил он. – Они так переживали, что люди забрали с собой все блестящие штучки! И теперь все время проводят у шоссе, подстерегая появление новых вредителей леса.

– Не так уж и трудно их подстерегать, – вмешался в разговор зверей шустрый зяблик, перепорхнув на ветку пониже. – Люди появляются только в двух местах. Сам удивляюсь, но так оно и есть. Так что достаточно в двух местах покараулить.

– Очень хорошо, что только в двух местах! – обрадовалась Марианна и бултыхну-лась в озеро.

Зяблик был прав. Люди в самом деле останавливали машины на шоссе с целью проникнуть в лес только в двух местах. А все потому, что только здесь и можно было попользоваться лесом. В первом случае это была вырубка, во втором – полянка. Правда, было еще и третье место, то самое, где Пафнутий в прошлом году нашел запрятанный людьми клад, но оно не для всего годилось. Деревья росли у самого шоссе, внизу разросшиеся кусты представляли непроходимые заросли. И все поросло высокой колючей травой. Подходящее местечко для того, чтобы спрятать клад, и совсем не подходящее ни для пикника, ни для бивака, ни даже просто для загорания на травке. Это с точки зрения людей. У зверей же другая точка зрения, вкусы и привычки у них тоже другие. Загорать и пировать, сидя на пенечках, звери не имеют привычки, а также не фотографируются, не ремонтируют машины, не пляшут под музыку.

Марианне в упорстве не откажешь. Она принялась так активно агитировать Пафнутия, барсука и всех прочих обитателей леса в пользу своего метода борьбы с людьми (отпугивать их и чинить всяческие помехи), что наконец всех убедила. И в результате первый же подвернувшийся человек был напутан просто до ужаса.