Людмила Матвеева - Дарю тебе велосипед

Сашенька Черенков идёт позади Саши и думает, что Саша его не видит. Но Саша его прекрасно видит и думает: «Тоже ещё разведчик нашёлся. Крадётся, думает, не видно. И никакого самолюбия».

У подъезда Саша остановилась.

Сашенька видит, как она достаёт из портфеля маленькую коробочку, бросает портфель, как всегда, на землю, а коробочку открывает и, склонив голову набок, любуется чем-то блестящим. Потом вытащила это блестящее, подышала, рукавом протёрла и ещё посмотрела. А Сашенька далеко стоит, ему никак не разглядеть, что там у Саши. От любопытства у Сашеньки ладони горят и пятки почему-то чешутся. Конечно, любопытство — не мужская черта характера. Но иногда бывает, что мужчины имеют чисто женские недостатки.

— Саша! Что это у тебя? — спрашивает Сашенька, осмелев. Очень уж хочется узнать. — Что это блестит?

— Иди, иди. — Она прячет руку за спину. — Как ябедничать, так он первый. Мне из-за тебя велосипед не купили. Можешь ты это своей головой переварить?

Сашенька молча отступает на несколько шагов.

Ну что с ним делать! Сашенька, вот сейчас самое время — подойди и скажи просто и по-человечески, что ты не ябеда, что это какое-то недоразумение. И она простит тебя и перестанет ругать и не будет больше кричать: «Ненавижу на всю жизнь». Ну, решайся. Саша стоит у подъезда, не бежит, не улетает от тебя, не мечется по луже. И никого нет вокруг — самое подходящее время поговорить по-хорошему. И сразу всё прояснится.

А он? Кажется, набрался храбрости. Вот уже шагнул вперёд. И воздуху набрал, чтобы начать разговор. Но тут Саша как крикнет:

— Клюква!

Через двор шла Клюква-Смородина.

— Саша, привет. Что это у тебя? — Чёрные глазки-ягодки уставились на блестящий предмет. — Серёжки? Золотые?

Саша охотно показывает Клюкве коробочку.

— Запонки. Видишь, кенгуру. Правда, красиво?

Смородина рассматривает запонки, поворачивает к солнцу, чтобы лучше блестели.

— Красивые, — соглашается Клюква. — Дорогие?

— Очень, — отвечает Саша, — но мне никаких денег не жалко, потому что это подарок на день рождения.

Почему так вытянулось лицо у Сашеньки Черенкова? Он даже побледнел. Потому что кольнуло его сердце жестокое чувство, одно из самых тяжёлых чувств на свете — ревность. Как будто змея ужалила. Или оса. Кому это Саша Лагутина купила вдруг запонки? При чём здесь вообще запонки? У кого день рождения? А вдруг у этого? У чемпиона и пижона?

— Кому это ты купила? — спрашивает Смородина.

Сашенька напрягает слух. Кому? Вот самое главное.

— Кому, кому, Саша, ты подаришь этих кенгуру? — пристаёт Клюква.

Саша отвечает, но почему-то тихим голосом. И Сашеньке не слышно ничего. Ну что такое! Именно то, что особенно хочется услышать, не услышишь. Почему-то так бывает, и даже довольно часто.

Но ведь надо узнать! Сашеньке просто необходимо немедленно узнать, кому она купила этот свой подарок. И он опять делает шаг к Саше и спрашивает:

— Кому ты купила этих кенгуру? Кому, Лагутина? Скажи, ну чего ты?

— А тебе-то что? Всё бы тебе знать. У, противный!

Хихикнула Клюква и дальше пошла. А Саша Лагутина недобро сверкнула на Сашеньку жёлтыми глазами и побежала домой.

По-настоящему в день рождения человек должен быть выходным. Но так бывает редко — только если день рождения приходится на воскресенье. А у взрослых ещё и на субботу. У Саши Лагутиной один раз так совпало, но это было давно, в первом классе. А теперь она об этом почти забыла — столько времени прошло.

Папа собирался на работу.

Мама протянула ему коричневый тёплый шарф:

— Это к твоему новому пальто. Шарф из козьего пуха, очень тёплый, смотри, какой приятный.

— Спасибо, — сказал папа, наклонился и поцеловал маме руку, а сам почему-то смотрел на Сашу.

— Ну что ты, — смутилась мама, — я от такой галантности отвыкла. Ты этот новый шарф надень на работу, сегодня как раз ветер северный, порывистый.

Саша переступала с ноги на ногу от нетерпения. Мама сердится, если её перебивают. А так хотелось поскорее перебить. Наконец стало можно — Саша протянула папе коробочку и молча подождала, пока папа откроет её. Он посмотрел и сказал:

— Красота! Как раз то самое, о чём мечтал. — Он показал запонки маме. — Посмотри какие.

— Красивые, мам? Золотые.

— Золотые? — Мама хотела что-то сказать, но папа перебил.

— Разумеется, золотые. Какие же ещё. И сама ты у меня, Сашка, чистое золото.