Людмила Матвеева - Дарю тебе велосипед

— А почему кефир вместо молока? — строго спрашивает Саша Лагутина. — Нельзя разве по-человечески? В сказке же ясно сказано — бутылка молока. А ты что тащишь к своей бабушке?

— Молоко было только в пакетах, — отвечает Ксения. — Галя, скажи ей, ну чего она придирается? Кто она такая вообще?

— Я переводчица, — говорит ей Саша, — у меня, между прочим, дублёров нет, как у некоторых.

— Продолжаем репетицию, шипит вожатая, — не придирайся, Саша.

— Ладно, продолжаем репетицию, — переводит Саша, — и прошу не пререкаться.

Красная Шапочка бредёт по лесу, собирает колокольчики, поёт свою песенку. И все любуются Красной Шапочкой, даже суфлёр Серёжка высунулся из-за кулисы и загляделся на Ксеньку. Движения у Ксении плавные, походка лёгкая. Ну как не заглядеться на такую девочку? Даже Саша Лагутина про себя признаёт — красивая, да.

И только один человек на весь зал нисколько не восхищается. Он тихо сидит в уголке и думает: «Подумаешь, красавица. Наплевать сто раз на эту красоту». Кто он, этот человек? Ну конечно, Сашенька Черенков. Он искал Сашу после уроков, тихонечко проскользнул в зал, притаился в уголке и смотрит. Не на Ксению, нет. Только на Сашу Лагутину, только на неё. Потому что основные черты Александра Черенкова — верность и преданность. Это прекрасные качества. А та, которая этого не ценит, всё равно со временем поймёт и оценит.

Сегодня утром Саша услышала такой разговор.

Мама сказала папе:

— Завтра твой день рождения. Я испеку твой любимый торт.

— Ну что ты, честное слово, — отозвался папа, не переставая жужжать электрической бритвой, — тоже мне радость — день рождения. Стал ещё на год старше не испытываю никакого восторга. Не будем отмечать.

Саша не вытерпела, высунулась из кухни:

— Пап, ты что! Ты только подумай — день рождения! Замечательный праздник — пироги, подарки, гости! Самый весёлый праздник — день рождения, пап. И ещё Новый год. И Первое мая, конечно. Седьмое ноября тоже. И ещё Восьмое марта, хотя в этот раз наши мальчишки нам ничего не подарили. И конец учебного года я больше всего люблю, если хочешь знать. А в лагере я люблю праздник открытия лагеря — раз! Праздник Нептуна это когда все водой друг друга обливают — смеху! И ещё люблю закрытие лагеря. А больше всего люблю, конечно, родительский день! Я вообще все праздники люблю! А у нас в школе будет спектакль!

Папа обнял Сашу, поцеловал её румяную весёлую щёку:

— Ты маленькая и ничего не понимаешь. И ты сегодня опоздаешь в школу, потому что заболталась.

— Ну какая я маленькая, пап? Мне десять лет и четыре с половиной месяца. Я всё решительно понимаю.

— Ну-ну, — грустно почему-то сказал папа и стал есть яичницу.

— Она многое понимает, — сказала мама, тоже почему-то грустно, и налила папе чай.

Грустят ни к селу ни к городу, — подумала Саша, надевая куртку. — Взрослых иногда и в самом деле не поймёшь. Ни с того ни с сего на них вдруг находит необъяснимая печаль. Вот у Саши необъяснимой печали сроду никогда не бывает. Ещё не хватало. Человек должен быть весёлым и смелым, и тогда жить ему будет хорошо. Так считает Саша.

Уже открывая дверь, она слышала, как мама сказала:

— Или пироги с мясом. Что тебе больше хочется?

— Ничего не надо. И Терёшкиных не надо. И Жанну свою не приглашай, пожалуйста, сделай мне такое одолжение.

…После уроков Саша заходит в магазин «Галантерея».

Самый красивый магазин, конечно, этот. Ленты голубые, и красные, и зелёные. И разноцветные бусы. Варежки в звёздочку и носки в полоску. И пуговицы, маленькие и большие. А если такую большую пуговицу нацепить на толстую нитку, можно сделать такую роскошную жужжалку, что все в классе рты поразевают. Но сегодня Саше не до жужжалки. Надо выбрать подарок для папы. Глаза разбегаются. Шарфики, галстуки, толстые свитеры. Расчёски и портсигары. Вот! Саша сразу увидела эти запонки и сразу поняла — это та самая вещь, которая ей нужна. Ничего красивее этих запонок не было во всём магазине.

В золотых кружочках стояли на задних лапах золотые кенгуру. Конечно, эти запонки стоили дорого — два тридцать семь. Но денег хватало, мама вчера дала три рубля. Ещё и на мороженое оставалось.

Продавщица положила запонки в маленькую картонную коробочку и отдала Саше. Саша положила коробочку в портфель и побежала домой. Как хорошо, что она купила такие хорошенькие запонки. У папы, правда, есть какие-то другие, в них вставлены жёлтенькие прозрачные камушки, называются янтарь. Но там нет никаких кенгуру. А на новых — есть. Он будет надевать их в гости или в театр и вспоминать, что это подарила ему его дочь Саша на день рождения. И радоваться. А грустить не будет. Чего грустить-то?