Бенно Плудра - Остров лебедей

— Лариса! — говорит Аня. — Такое совпадение: сначала встретили этого мистера, а теперь — тебя! И ты не удивлена?

Лариса, конечно, удивлена, но только наполовину — ведь то, что она сидит тут, связано с этим мистером. Но об этом может только Стефан догадываться — он же помнит самый первый день: каноист у котла и вдруг прямо в своих рваных грязных джинсах бежит на набережную канала, девушку увидел — Ларису! Но тогда дело было не совсем ясно. Стефан думал, что каноист сразу получит от ворот поворот, а теперь они сидят вместе в кафе! Бывает же!

— Садитесь. Рада вам. Пить хотите? Или лучше — мороженого?

— Лучше мороженого, — говорит Аня.

— С фруктами? — предлагает каноист.

— Со взбитыми сливками, — говорит Аня, и Стефан только диву дается — быстро она освоилась!

Он-то ничего этого не знает, сидит смущаясь за круглым столиком. Неудобно, стол маленький, руки девать некуда…

— Со взбитыми сливками, — говорит Аня. — Стефан, ты тоже? — Но он чувствует, что ей хотелось бы спросить: «А ты, ты-то знал про Ларису и этого мистера?» Аня прямо вся горит от любопытства, она ведь только сейчас узнала.

— Рассказывайте, — говорит Лариса. — Куда вы собрались? Это Гаральд увидел вас отсюда.

«Гаральд? — думает Стефан. — Значит, так его зовут. Но я его все равно буду каноистом звать. Гаральд — это что-то чужое. Да и Лариса какая-то чужая. Из-за всего тут кругом!» Но Лариса такая же, как всегда. Или не такая? На ней белый джемпер с круглым вырезом и тонюсенькая золотая цепочка с брелоком — маленьким кувшинчиком, и Стефан, задумавшись, не сводит глаз с кувшинчика.

— Нравится? — спрашивает Лариса. — Это мне брат привез. Из Каира.

— Из Каира? — каноист удивлен. — Где это?

— В Египте, — говорит Лариса, а каноист:

— Как это туда люди попадают? Я, к примеру, туда не могу попасть. А как твой брат попал?

— Он моряк.

— Моряк? Твой брат — моряк? — говорит каноист.

Стефан смотрит на кувшинчик: только сейчас понял, какая это невидаль. И горлышко у кувшинчика так странно изогнуто…

— Каир, значит, — говорит каноист. — Надо и мне тогда в моряки податься.

— Тебе? В моряки? Зачем? — говорит Лариса.

— Если я хочу в Каир — надо в моряки.

— А зачем тебе Каир?

— Не знаю. Если прикинуть…

— Ну и прикидывай, — говорит Лариса и вся вдруг делается красной. Хорошо, что как раз пломбир принесли — гора фруктов сверху со взбитыми сливками.

— Это нас немного остудит, — замечает каноист.

Лариса молча смотрит на него. Завитушки волос обрамляют лоб. Сегодня она совсем не похожа на восьми- или девятиклассницу. Она кажется взрослой и даже строгой в эту минуту. Каноист спрашивает всех разом:

— Кто это тут о Каире говорил?

— Сам и говорил. — Лариса улыбается, но только глазами, и Стефан отмечает, что каноист ей нравится.

Тем временем Аня старательно трудится над мороженым, как будто нет ничего важнее. Вот-вот волосы с ложкой проглотит. Стефан раз посмотрел на нее, два посмотрел. Он только и делает, что смотрит на нее, и порой ему кажется, что здесь в кафе с Аней сидит совсем другой мальчишка. Что бы тут было, если б Губерт увидел их здесь! И Аня, и Лариса, и мороженое со взбитыми сливками, и тепло здесь, и кофе пахнет, и музыка играет! Разве тут старые засохшие деревья ищут?

Да уж, подивился бы Губерт.

— Что это с тобой? — спрашивает каноист.

Вздрогнув, Стефан поднимает голову.

— Не вкусно? Такое мороженое «Гаваи» называется.

— Вкусно, что ты! — говорит Стефан и вдруг слышит, как он сам спрашивает: — Ты, случайно, не знаешь, где старое сухое дерево найти?

— Дерево?

— Совсем старое, сухое, понимаешь? Чтоб лазить на него. Такое, как у медведей в вольере!

— У медведей?

— Ну да. В загончике у медведей. Их зовут Нанте и Иветта. Чтоб они могли играть, им дерево поставили. Может, даже два.

— Но ты-то у нас не медведь! Зачем тебе дерево?

Аня подняла голову. Ложка застыла в руке.

— Стефан детскую площадку нарисовал, — говорит она. — Для нее ему дерево и понадобилось.

— Как это? Кто детскую площадку нарисовал?

— Стефан. Там все есть. Даже пруд. И лебеди.

— Лебеди? — удивляется каноист и, отодвинув стакан с апельсиновым соком, ложится грудью на маленький стол.

— Где же это такая детская площадка?

— Между домами-башнями. Ты разве не знаешь?

— Между нашими корпусами?

— Да.

— И пруд там и лебеди? Ну, вы и размахнулись!

— Лебеди потом, — говорит Стефан, — а вот старое дерево не знаешь где взять?