Холгер Пукк - Зелёные маски

— Эй, пацаны Казе! Глядите-ка! Пээтер-дурак пошёл.

Пээтер обернулся и погрозил кулаком. В это мгновение над забором Курвитсов появились ещё две головы в надетых задом наперёд кепках…

В Вихасоо дела были улажены быстро. Агроном сразу согласился. Придёт, непременно придёт! Только о чём же ему на этом сборе говорить? Ах, о том времени, когда он был пионером, и о своей теперешней работе? Это можно. С удовольствием.

Когда Пээтер отправился домой, его карманы были набиты румяными яблоками.

Шоссейную дорогу нынешней весной выпрямляли. Теперь она, словно гигантская верёвка, протянулась между обшарпанным машинами кустарником. Мокрый асфальт шоссе, чёрный и блестящий, терялся в тумане. Пээтеру был виден лишь небольшой отрезок дороги, и ему казалось, будто кругом нет ни души.

Глазам Пээтера не на чем было остановиться, зато мысли его работали с удвоенной быстротой, — он вновь и вновь вспоминал события последних дней. И, разумеется, чаще всего историю с зелёными масками.

Перед мальчиком неотступно стояли два вопроса: «Что всё это значит?» и «Кто же, в конце концов, зелёные маски?»

Пээтер был уверен, что под этим таинственным названием скрывается группа ребят. Может быть, даже из класса, где учится сам Пээтер.

Но чего они добиваются? Если верить объявлению, которое вывесили зелёные маски, у них благородная цель: бороться с некрасивыми поступками.

«Что же некрасивого сделал я?» — спрашивал себя Пээтер, и в душе его вновь закипала глубокая обида.

«В таком случае, Вальтера следовало бы с ног до головы облепить этими знаками. Хотя бы из-за одной только проделки с собакой. На деле же, этот живодёр в глазах всей школы чистенький, а я покрыт позором».

— Тьфу!

Пээтер со злостью швырнул огрызок яблока в телеграфный столб — семечки так и брызнули в разные стороны.

— Да что я себе зря голову забиваю. Пошли они к чёрту, эти зелёные! — сказал он вслух и раздражённо вонзил зубы в сочную мякоть очередного яблока.

Вскоре впереди показались вековые деревья городского парка. Там и сям сквозь серую дымку тумана проступали то похожие на пики зубчатые макушки елей, то вершины лип — круглые, словно подушки, то напоминающие перья ветви пихт.

Пээтер ускорил шаг. «А ведь здесь растут десятки деревьев и кустарников редких пород», — вспомнил он, дойдя до парка. Где-то, кажется в газете, писали, что их следовало бы снабдить дощечками с надписями. Тогда каждый знал бы, какие это растения и откуда они родом. А сейчас люди просто проходят мимо. Даже не замечают их. Взять хотя бы вот эти кусты возле дорожки. Если приглядеться повнимательнее, можно с уверенностью сказать, что других таких он не встречал. Во всяком случае, здесь в своём родном городе. Листья красно-зелёные…

Вдруг рядом с Пээтером послышался треск кустарника.

На дорожку выскочили трое. На лицах — зелёные маски. В руках — длинные белые палки. Все трое воинственно вопили: «Ииии…»

Палки взметнулись вверх. На спину, на плечи, на поднятые для защиты руки Пээтера посыпались удары.

Пээтер кинулся на ближайшего из нападавших. Тот отскочил в сторону. За спиною вновь послышался свист палок.

Пээтер быстро обернулся. Двое, напавших на него с тыла, бросились прочь. А третий воспользовался удобным моментом…

Защищая руками лицо, Пээтер снова устремился на третьего.

Тот испуганно отпрянул и тоже кинулся наутёк. У него были длинные ноги, — они словно кидали его вперёд.

И всё же Пээтер нагонял его с каждым шагом.

Вдруг убегавший обернулся, взмахнул палкой. Она, крутясь в воздухе, полетела навстречу Пээтеру.

Расстояние было слишком коротким. Пээтер не успел наклонить голову. Конец палки рассёк ему левую бровь.

Оо… Как больно. В то же мгновение хлынула кровь из раны. Глаз заволокло туманом.

Пээтер остановился и схватился за голову и только тут почувствовал, как горит и ноет всё его тело.

«Нельзя здесь стоять. Они могут вернуться».

Пээтер огляделся.

Нападавших и след простыл. Только на посыпанной песком дорожке лежала белая палка.

Пээтер пнул её ногой. Это была узкая рейка примерно метровой длины. Один конец рейки — закруглен. Не иначе, как для того, чтобы удобнее было её держать.

На руку Пээтера упала тёплая капля. Он попытался открыть левый глаз. Это удалось ему без особого труда. Глаз различал застилавшую его красную пелену. Значит, уцелел — какое счастье!