Юлия Бийе - Война Катрин [litres]

Алиса лежала на кровати одетая. И по-прежнему не плакала. Я села с ней рядом, взяла за руку. Мы молчали, пока она наконец не заговорила.

– Я их кормила, чтобы их убили, да? – прошептала она. – И нас тоже кормят. А потом мы умрем. И зачем все это?

Мне пришлось крепко подумать, прежде чем ей ответить. Я сказала, что мало смыслю в жизни, но она уж точно кормит кроликов, чтобы они жили. Она им нужна. Она приносит им всем еду, и они каждый день живут и чему-то радуются. У Гектора много раз были крольчата, потому что она его кормила. А сегодня он умер, и тут ничего не поделаешь. Я повторяла, что она, Алиса, с этим ничего не может поделать. Пока мы живем, мы вынуждены питаться жизнью, и можно даже сказать, что это наш с ней долг по отношению к тем, кто нам дорог. Сегодня она здесь, вдали от своего брата, но он ее ждет, она ему нужна. Нужна, чтобы он жил дальше. Я обещала: однажды настанет день, и она непременно с братом увидится, а все кролики, которых она кормит, понимают, как она их любит и защищает. Я не знала, что ей сказать, как объяснить, потому что и для меня все это было сложно, но я чувствовала: сейчас выбираем не мы, и, возможно, так даже лучше. Выбор у нас появится после войны, когда нам надо будет прожить жизнь по-своему. А смерть? Она с нами с первого дня рождения. Я прошептала: знаю, завтра ты встанешь и пойдешь кормить кур, гусей, уток и кроликов, как делаешь каждый день. Они ждут тебя, и очень важно быть там, где нас ждут с любовью. Я вспомнила Чайку, она верила в нас, говорила, как необходимы слова, что людям обязательно нужно друг с другом разговаривать. И постаралась сказать Алисе все по совести, как учила Чайка.

– Поступай завтра так, как захочешь сама, и твой выбор будет хорошим и правильным.

В конце концов Алиса заснула. Я подождала, убедилась, что она спит, и только тогда достала свою тетрадку и записала: «Сегодня я должна жить, потому что нужна Алисе. Однажды она встретится со своим братом. А я – еще не знаю, с кем. Этьен, ты меня помнишь?»

Утром Алиса пошла кормить птиц и кроликов, как обычно. Она что-то негромко им говорила. Когда она открывала дверцу клетки с кроликами, я услышала ее слова:

– Ваш папа умер, но вам нужно жить. Я позабочусь о вас. Идите-ка сюда, пора есть.

Хозяин наблюдал за ней, он стоял достаточно близко, так что слышал слова Алисы. Я видела, как он достал из кармана большой клетчатый платок и торопливо высморкался. Потом повернулся и пошел в дом. А мы с Алисой пошли в школу и ни о чем, что было утром, не разговаривали.

И вот после этого случая мне захотелось фотографировать. Почему, не могу объяснить, но мне непременно понадобилось сделать снимок Алисы, просто руки чесались, я хваталась за «роллей» и… Не могла нажать на спуск. Что-то не то с освещением. У Алисы были свои взаимоотношения со светом, мне от них становилось не по себе. Свет не высвечивал лицо и глаза девочки, размывал бледную, с отсутствующим взглядом Алису, она сливалась с ним, исчезала. И я, посмотрев в видоискатель на тающую Алису, в отчаянии опускала фотоаппарат.

А в этот четверг с утра мы работали на ферме, и вдруг меня осенило: вот оно! Наконец-то! Алиса кормила зерном кур, а ее тень вытянулась позади, удлинила ее на весь двор, сделала маленькую девочку великаншей.

Я нажала на спуск. На этот раз получилось, я уверена! Алиса отчетливо и ясно присутствовала, и я сумела ее поймать. Я поняла главное: Алису нельзя снимать без тени. Фотография девочки получится при единственном условии: если поймаешь тень, которая с ней живет. Иначе она бесплотна. Когда я это поняла, меня проняла дрожь. Ведь то же самое можно сказать и о жизни Алисы: ее держали в этом мире те, кто стали тенями.

С этого дня я следовала за Алисой… как тень. Не выпускала из рук фотоаппарата, сделала не один снимок и уверена: все наверняка хорошие. Вот если бы проявить пленки! Если бы опять поработать в темной комнате, увидеть, что получилось из моей охоты за тенями, я бы лучше поняла, что именно стоит ловить.

Теперь я опять в любую свободную минуту брала «роллей» и бродила, ожидая мига, когда нужно будет нажать на спуск.

Думаю, хозяевам стало любопытно, чем это я занимаюсь. Я видела, как фермер, опершись двумя руками на лопату, наблюдал за мной с огорода. Его жена тоже приостанавливалась, когда видела, как я кручусь-верчусь с фотоаппаратом вокруг Алисы. Луи расспрашивал меня про «роллей». Сегодня утром я дала ему подержать фотоаппарат и объяснила, как он действует. Впервые он подошел ко мне близко, проявил интерес, и мы довольно долго разговаривали.