Катерина Грачёва - Пароль — «Эврика!»

— Здравствуйте! — возмутилась мама. — А тебе какая разница, в чём твоя секретарша ходит?

— Милая, да во-первых, она мёрзнет, и мне её жалко, — сказал папа. — А во-вторых, всё-таки она лицо организации, а лицу организации негоже в валенках и зипуне гостей встречать.

— А что она у тебя такая мерзлячка? Найди другую, — сказала мама.

— Ну нет, я свою секретаршу ни на кого не променяю, — покачал головой папа. — У меня такая секретарша, что я с ней хоть зарплатами поменяться согласен, если надо. Она не только лицо нашей организации, она — почти что её голова!

— Нда? А ты тогда кто, позволь узнать? — сощурилась мама.

— Я? Да я так, бумаги подписываю. Разрешить или отказать. Чего ты нас с толку сбиваешь? Давай дальше, сын. Дорогой он, твой теплосохранитель?

— Ну, вообще-то не очень, но мне кажется, что твоей секретарше он не поможет, — вздохнул Костик.

— Почему?

— Потому что это такая тряпочная игрушка с поролоном внутри, вроде гусеницы или крокодила, или кого хочешь. И её под дверь кладут, чтоб не дуло. Так что у тебя на работе… Хотя папа! папа! А что, если сшить какое-нибудь наглядное пособие по жилищно-коммунальному хозяйству для твоих посетителей? Например, сошьём тряпочную рыжую трубу, как будто она ржавая, а внутри неё будут сталактиты и сталагимты из поролона! И кто к тебе придёт, секретарша будет им объяснять, что вот что происходит с трубами, когда их специально не изолируют полиэтиленом или там всяким эмалированием. И тогда начальники, которые к тебе приходят, задумаются и захотят класть не железные, а полимерные трубы! А?

— Гениально, — сказал папа. — Так и представляю, как каждый входящий запинается о мою поролоновую трубу со сталактитами и сталагмитами, а секретарша их всех с полу поднимает и говорит: «Сидор Сидорович, вот так бывает со всеми, кто металлические трубы кладёт». Ха-ха-ха!

— А что, если трубу к двери прибить? — не сдался Костик.

— Я тебе, Костя, под дверь ремень прибью из поролона. Чтоб он тебя на теплые мысли наводил, когда ты погулять намылишься, уроки не выучив, — сказала мама.

— Спасибо, мама, ты всегда была добрая. Так вот. Будет у нас со Светой в нашем доме в деревне — а он, конечно, будет в деревне, организуем мы такую энергосберегающую деревню… Будет лицом нашего дома вместо секретарши оранжерея с цветами. А над ней и вообще на крыше будут солнечные батареи. Также, если место будет удачное для ветровых потоков, мы поставим над домом ветряной двигатель! Сейчас уже есть такие двигатели, которые совмещают в себе и сбор солнца, и сбор ветра. Вот как ты считаешь, папа, что лучше: два отдельных двигателя или два в одном?

— В деревне лучше всего настенный газовый котел, если деревня газифицирована. Тогда ни от кого не зависишь, — скучным голосом сказал папа.

— Вот как! А ты мне дашь все данные по газовым котлам?

Папа усмехнулся и ответил:

— Дам, чего ж не дать.

— А ты делаешь эти котлы в дома? — спросил Костик. — В частных кварталах? Ты им даешь данные, что эти котлы лучше?

— Нет, не даю.

— А почему?

— Они у меня не спрашивают.

— А ты сам расскажи!

— Кому — бабкам и дедкам? — фыркнул папа. — Вот я тебе дам данные, а ты иди и рассказывай, если тебе так охота.

— Ладно, я пойду! А ты мне дашь данные, где есть эти частные кварталы?

— Дам, — коротко согласился папа.

— Ладно, это хорошо. Но мы со Светой будем делать всё-таки солнечный обогреватель. Газ — это природный ресурс, который надо беречь. А солнце всё равно светит, и причем бесплатно.

— Бесплатно только сыр в мышеловке. Твой обогреватель столько стоит, что тебе денег не хватит его купить.

— А спорим, хватит? Ты цены знаешь? А я знаю. Я всё нашёл!

— Ну и ладно с тобой, нашёл — так покупай. Молодец. Хороший у вас дом, я очень рад. Светлана, добавки хочешь?

— Спасибо, мне уже хватит. Иван Андреевич, вам, наверное, неинтересно, о чем мы говорим? — спросила Света. — А то вы как-то все так как будто отмахиваетесь?

— Отмахиваюсь? Нет, мне интересно. Продолжайте, продолжайте.

Костик продолжал, но Свете все-таки казалось, что отец Филимонов о чем-то грустит. Её это беспокоило, потому что Иван Андреевич ей понравился. Вовсе он не такой глупый, как у папы получалось. Он просто слишком терпеливый. Вокруг него обстоятельства, а он их терпит, терпит, терпит… Мама ворчит — он терпит, на работе работать трудно — тоже, наверное, сидит и терпит. И немножко даже герой, что терпит, но Света бы так терпеть не хотела. Нет уж, лучше терпеть трудности, чем обстоятельства! Но какой он грустный, этот Филимонов… Если бы она была маленьким Яшкой, она бы точно соскочила с табурета и кинулась бы его обнять и сказать: «Дяденька, что вы такой грустный, не грустите, я вам леденец отдам!» Но она была не Яшка, и как всё это сделать, придумать не могла.