Сфинкс - Паутина

Джеймс знал, что потом отец долго разговаривал с Лили, и она вернулась в Хогвартс с красными глазами, но брат не стал снова заводить с ней этот разговор, который, в принципе, родители могли вообще не начинать, а поставить их перед фактом.

— Адрес ты уже знаешь, найдешь как-нибудь, — отмахнулся Джеймс, потягиваясь и чувствуя, что ноги начали зябнуть.

Они еще полчаса сидели, следя за тем, как по двору передвигаются студенты, в основном из зарубежных школ. Их мантии и куртки выделялись своими необычными для Хогвартса красками — на темном меху у Дурмстранга и из синего странного материала у Шармбатона.

— Грегори пригласил на бал Парму Паркинсон, — мимолетом заметил Малфой. Они вообще мало обсуждали вопрос о том, кто и с кем собирается на бал — что они, девчонки что ли? Вот Шелли и Кэтлин — те были просто помешаны на этой теме и являлись постоянным потоком информации о парах.

Джеймс кивнул, показывая, что он услышал. В кармане сама собой открылась открытка Аманды и завыла рождественский гимн. Пришлось оглушить ее палочкой.

— А Уизли отказала Томасу, Ченгу и Уильямсу.

Джеймс лишь хмыкнул — они оба знали, с кем Роза собирается появиться на балу. Гриффиндорец даже больше знал — кузина вообще собиралась остаться на каникулы в школе, но потом внезапно передумала, но почему, Джеймс выяснить так и не смог. Это дело Розы, а подкалывать ее хватит еще целого семестра.

— Ладно, пора возвращаться, а то, мне кажется, ежики зимой спят, а не по сугробам шляются…

— А хорьки сосут лапу в норе, — не остался в долгу Джеймс, поднимаясь.

— Это ты с медведями перепутал, — Малфой медленно шагал к замку. Они презрительно посмотрели на двух студентов из Дурмстранга, которые стояли на крыльце и о чем-то говорили на своем языке.

— Простите, вы не Поттэр? — с акцентом спросил один из них — высокий, поджарый, с длинным носом, но цепкими глазами. Второй при пристальном взгляде мог сойти за двойняшку первого.

— Поттер, он самый, — Джеймс засунул руки в карманы мантии и лениво оглядел дурмстранговца.

Парень молча достал из странного планшета-сумки, что был перекинут через его плечо, фотографию — потрепанную, заклеенную кое-где колдолентой, но с еще хорошо различимыми лицами и фигурами. На Джеймса смотрели и чуть смущенно улыбались четверо подростков: отец, тетя Флер и еще двое молодых людей — один в мантии Хогвартса, хаффлпаффец, а второй в одеянии Дурмстранга, немного похожий на стоящего перед ними парня. Внизу шла подпись, которая и прояснила многое для гриффиндорца, — «Чемпионы Турнира трех Волшебников».

— Я Ярослав Крам, а это мой брат Войцех, — представился дурмстранговец, когда Джеймс поднял глаза от фотографии. — Мы сыновья Виктора Крама.

Ребята обменялись рукопожатиями, Джеймс представил Малфоя.

— Отец сказал, что если я встречу детей Гарри Поттера или Гермионы Грейнджер, то должен обязательно передать привет их родителям, — Ярослав оценивающе смотрел на Джеймса.

— Передам, без проблем, — пожал плечами гриффиндорец, потом взглянул на часы, на Скорпиуса и снова на новых знакомых:- До бала еще два с половиной часа, может, отметим союз следующего поколения?

Все четверо усмехнулись и вошли в Холл, где на них налетела Кэтлин.

— О! Привет, — она улыбнулась парням, а потом с подозрением уставилась на Джеймса:- Я надеюсь, что вы не собираетесь напоить моего кавалера до бала?

— Твоего кавалера? — переспросил гриффиндорец и только тут понял, что Кэтлин улыбается Войцеху.

— Да, моего кавалера. И, кстати, кавалера Шарлотты, — Кэтлин перевела взгляд на Ярослава. — Лили тебя убьет, Малфой, если увидит, что ты уже напился, потому что еще после своего дня рождения на тебя сердится.

Скорпиус лишь хмыкнул, а Джеймс сдержался, чтобы не засмеяться. В день рождения Лили — это было воскресенье — Джеймс и Скорпиус так яро отметили праздник, что девушки нашли их где-то в Запретном лесу, распевающими «с днем рождения, Лили», сидя на сосне. Потом они приволокли ей в подарок пойманную там же саламандру, которая спалила половину подарков в комнате девушки. В общем, отметили неплохо, было что вспомнить.

— Малфой! — из подземелий вышел староста Слизерина с легким раздражением на лице. — Тебе пришло письмо, оно на кровати.

Скорпиус состроил гримасу в сторону друзей и пожал плечами:

— В следующий раз обязательно выпьем, — он махнул рукой Поттеру и пошел к себе, видимо, он ждал это письмо. Джеймс расстроено вздохнул и поплелся в башню, решив, что и ему можно начать примерять парадную мантию.