Сфинкс - Паутина

— Директор прислала меня, — прорычал старик, стреляя глазами в Гермиону. — Профессор МакГонагалл срочно зовет миссис Уизли.

— Что стряслось? — Гермиона встала и подошла, чувствуя, что опять к ним постучалась беда.

— Директор вам объяснит, — буркнул Филч и потопал прочь, что-то бормоча под нос.

Гермиона попрощалась с мадам Помфри и, бросив последний взгляд на спящую Ксению, покинула больничное крыло.

По коридорам спешили студенты — колокол на занятия должен был вот-вот прозвенеть. Она надеялась, что по пути не натолкнется ни на кого из Уизли или Поттеров, потому что тогда пришлось бы объяснять причину своего визита.

Горгулья послушно повернулась, когда Гермиона назвала пароль. В кабинете МакГонагалл никого не было, лишь портреты нервно перешептывались. Она сначала растерялась — зачем было срочно ее звать, если никого нет?! Но тут она поймала взгляд Дамблдора.

— Что случилось? — еле дыша, спросила она, приближаясь к портрету.

— Гарри попал в ловушку, — спокойно, словно рассуждал о леденцах, проговорил портрет Директора. — Сейчас туда уже отправились те, кто поможет ему, но, мне кажется, что без вас, Гермиона, Гарри не справится…

— С чем? — сердце гулко билось в ее груди. Память послушно предоставила ей воспоминание о завтраке в ее доме, о Гарри с седыми волосами и живым взглядом. Гарри?! Когда же они все оставят тебя в покое?!

— Он обрел свет, помогите ему его сохранить, — мягко прервал ее мысли Дамблдор. — Любовь, а не ненависть, любовь, а не месть…

— Вы знаете, где они? — Гермиона достала палочку, представив себе то, что сейчас могло твориться вокруг ее Гарри. Опять сражение, боль, кровь, потери?

— Лес Дин, озеро, — услужливо произнес портрет. — Вы можете воспользоваться порталом. Видите вот ту вазу. Минерва оставила ее для вас. И помните: вы — источник Гарри.

Гермионе было, что сказать Директору на эту тему, вообще о Гарри, но времени у нее на это как раз таки и не было. Она схватила портал и почти тут же почувствовала, как ее куда-то уносит в вихре. А в голове была лишь одна мысль: успеть.

Да, наверное, он до конца так и не оценил ту силу, что была дана Альбусу. Да и если быть честным, он не до конца и поверил в то, что семилетнего мальчика можно научить вершинам легилименции во снах, да еще если учителя — два давно умерших волшебника.

Вот Гарри поверил, и Тедди даже знал, почему. Не из-за слов Ала или книг Гермионы. Из-за того, что в жизни крестного был вокзал «Кингс-Кросс», и мертвый Дамблдор, и материализовавшаяся во что-то пугающее часть души Волан-де-Морта. Крестный рассказывал об этом, когда-то давно, за рюмкой хорошего Огневиски. Наверное, Тедди был единственным, кто знал об этом странном разговоре крестного и Дамблдора.

Но теперь Люпин смог не просто поверить — на себе испробовать всю силу, что была в теле этого худого, доброго и немного наивного ребенка.

Они сидели в гостиной и играли в шахматы. Мари дремала в спальне — она теперь быстро уставала. Альбус склонился над фигурами, потирая худую шею. Он щурился сквозь очки и прикусывал язык. Ничего не предвещало тех событий, что последовали через какие-то минуты после того, как Люпин поставил Альбусу шах и мат.

Мальчик вскочил, в его глазах была совершенно чуждая ему серьезность.

— Что? — испугался Тедди, следя за тем, как Альбус сметает фигуры с доски, кидаясь к нему.

А потом мальчик взглянул ему в глаза, и Люпин впервые ощутил, как чужое проникает в него. Это был не Империус, действие которого он испытал на себе на занятиях в Хогвартсе, это было нечто иное, что заставляло его действовать так, как хотел Альбус.

Словно чужой образ стал своим, родным, словно это не Ал требовал создать Патронуса и отправить его Теодику Манчилли, а самому Люпину жизненно это было необходимо. Тедди понимал, что это лишь созданный силой мальчика образ, но уже достал палочку, и серебристый волк принимал привычные черты, а голос в голове становился голосом Патронуса Люпина. Но это был голос Альбуса, который какой-то только ему ведомой силой удерживал взгляд Тедди.

Когда Тед понял, что было в отправленном послании, он собрал всю свою волю и смог отвести глаза, разрывая связь с мальчиком. Альбус был бледен, но зеленые глаза за стеклами очков смотрели с такой серьезности, какой у этого ребенка не было никогда.

— Ал, что ты такое делаешь?! Откуда ты узнал о том, что Гарри…

— Тедди, надо спешить! — Ал потянул друга за руку, пытаясь поднять с дивана. — Там оборотни, там много оборотней! Мы должны помочь папе!