Сфинкс - Паутина

— Пап, что пишет Джим? — Альбус вернулся к конфетам.

— Что он очень скучает по тебе, — улыбнулся Гарри. И что извиняется за свое поведение. Что любит родителей, что ему жаль, что он расстроил маму. Что ему очень понравились часы, и он будет с гордостью носить их. И беречь в память о крестном отца.

— Доброе утро, мужчины, — в кухне появилась заспанная Джинни, по пути завязывающая пояс халата. Щеки ее были розовыми после сна, а глаза мерцали. Она посмотрела на Альбуса, — тот спрятал конфету, которую разворачивал, за спину — на Гарри и письмо в его руках. Потом увидела Бэга, сидящего на подоконнике и явно собирающегося улетать.

— От Джеймса? — с надеждой спросила она, и Гарри кивнул, протягивая письмо жене. Утро явно удалось.

Они вместе позавтракали и к полудню были готовы отправиться в гости к дедушке Уизли, где обычно по субботам собирались члены его большой семьи. Когда Поттеры вышли из камина на кухне «Норы», то там уже вовсю веселились юные племянники и племянницы, а жены братьев Уизли хлопотали у плиты. Билл, которого приобщили к делу, — накрывать столы в саду — приветливо кивнул новоприбывшим, когда проходил мимо них с летящей по воздуху стопкой тарелок.

— Альбус! — Артур Уизли, совершенно седой, в поношенной жилетке, связанной еще покойной миссис Уизли, обнял внука. Тот проворно залез рукой в карман жилета дедушки и выудил горсть Всевкусных Драже Берти Ботса.

Джинни присоединилась к Флер и Ангелине, жене Джорджа, в кухне, а Гарри вместе с мистером Уизли прошли в гостиную, где почти ничего не изменилось за те годы, что семья Уизли осталась без Молли.

— Рон с Гермионой скоро придут, — сообщил Артур, садясь в старенькое кресло и глядя на зятя. Гарри медленно, как он это делал всегда, оказываясь в любимой «Норе», обводил взглядом хорошо знакомые углы, стены, предметы на полках, портреты, игрушки, разбросанные тут и там листы. Это был его дом — дом, полный счастливых воспоминаний, приятных неожиданностей, дорогих ему людей.

Вот там, у камина, любил сидеть Ремус Люпин, попивая яичный коктейль. Вот в этом углу когда-то стояла елка, на верхушке которой, засунутый в пачку, сидел садовый гном. Его заколдовали Фред и Джордж. А если подняться по лестнице, то можно найти комнату, где Джинни поздравляла его с семнадцатилетием.

— Дядя Гарри! Дядя Гарри! — Его вырвали из воспоминаний крики окруживших его рыжих племянников и племянниц. — Дядя Гарри, пойдем учиться летать на метле!

Гарри сокрушенно вздохнул — это был его крест в этом семействе. Он даже не пытался отнекиваться, как делал раньше. Бесполезно. Он согласно кивнул, снимая мантию, и дети радостно кинулись в сад, где стоял сарай с метлами.

Слава Мерлину, вскоре был накрыт обед, и за детьми пришла Флер. Гарри убрал метлы, закрыл сарай и присоединился к остальным членам семьи.

— Привет, Гарри, — Гермиона на мгновение обняла друга, с легким беспокойством глядя на него. — Как ты?

Жена Рона и сама выглядела утомленно, ведь Отдел магического правопорядка тоже был втянут в дело оборотней по самые уши. Гарри лишь был рад тому, что все самое тяжелое выпадает на долю его отдела, и Гермионе не приходится каждый день видеть кровь и смерть.

Не время для подобных размышлений, подумал Гарри и постарался искренне улыбнуться подруге:

— Все нормально. Джеймс сегодня прислал письмо, просил у всех прощения.

Гермиона хмыкнула:

— Я и не сомневалась. Он хороший мальчик. Думаю, на него плохо влияет Малфой.

— Уверена? — рассмеялся Гарри. — Мне кажется, что они оба друг на друга плохо влияют. Я все жду, когда на моем пороге появится разгневанный Драко Малфой с требованием, чтобы я оградил его милого сыночка от пагубного влияния очередного Поттера.

Теперь они рассмеялись уже вместе и пошли к столу, где дети старательно протягивали мамам тарелки с криками, что им лучше положить. Альбус, как обычно, отказывался от супа, а мистер Уизли уговаривал Мюриэль, младшую дочь Билла, не брать за стол своего щенка.

Это был обычный обед в семье Уизли, который повторялся каждую субботу. Конечно, редко они собирались все, ведь Чарли с семьей жил в Румынии, Билл часто отлучался по делам банка, а большинство внуков Артура Уизли много месяцев в году проводили в Хогвартсе. Но всегда за этим столом было шумно, весело, всегда здесь звучал смех, особенно детский, что очень нравилось Гарри.

Вечером, когда дети играли в саду — кто дальше закинет гнома — вместе с Биллом, Роном и Джорджем, а женщины пили чай, обсуждая свои семейные проблемы, Гарри и мистер Уизли сидели у дома на скамейке с бутылками сливочного пива.