Сфинкс - Паутина

Поттер выглядел слегка потрясенным. А маленький Теодик тем временем созерцал Омут памяти. В сосуде мерцала серебристая жидкость. Мальчик наклонился ближе. Поттер знал, что сейчас произойдет.

— Как это возможно? Мы второй раз упадем сквозь Омут?

— Это же мои воспоминания, — пожал плечами взрослый Тео, а реальность вокруг преобразилась.

Это был маленький паб. Английский паб. Паб, еще носящий следы недавнего Рождества. В зале полумрак. Почти никого из посетителей.

Поттер сразу увидел отца Тео. Маленький же Теодик озирался. Он не знал, что должен увидеть.

Северус Снейп сидел за столом, прямо под часами.

— Это Хогсмид, — проговорил Гарри Поттер. — Это рядом с Хогвартсом.

Тео пожал плечами. Он смотрел на отца. Рядом с Северусом Снейпом — почти допитая бутылка. Он пьян.

Поттер оглядывался. Было похоже, что он понимал больше, чем сам Тео и его маленькая копия.

— Понедельник, — прошептал Гарри Поттер, указывая на календарь. — В этот день Снейп начал преподавать мне окклюменцию.

Тео сморгнул. Вот откуда его способность к легилименции. Его отец тоже ею владел.

Тем временем Снейп из воспоминаний сидел, уставившись на свой стакан. Волосы грязные. Почти полностью скрывают лицо желтоватого оттенка. Поэтому черты не разглядеть.

А от дверей раздался звонкий голос. На итальянском. Вошла девушка. Она стряхивала с волос снег. С ней была старушка. Они переговаривались.

Снейп чуть повернул голову в ту сторону и замер. Так же, как Поттер, когда впервые увидел мать Тео.

Итальянки прошли к свободному столику. Прямо перед Снейпом. Тот жадно смотрел на девушку.

— Это ваша мать?

Поттер обернулся к Тео. Тот кивнул. Он смотрел на родителей. Вот Снейп поднялся и сел за столик итальянок. Они молчали. Потом молодая итальянка отослала прочь старушку. Попросила снять комнаты на ночь.

— Ты жива… — заговорил Снейп.

Девушка что-то ответила по-итальянски. Было непохоже, что она боится. Интерес читался на ее лице.

— Я видел тебя сегодня. В сознании твоего сына. Ты была с ним. С этим свиньей. С этим лохматым ублюдком. Это он погубил тебя.

Девушка слушала непонятную ей речь. Успокаивающе положила руку на ладонь Снейпа. Тот одернул свою.

— Ты вернулась. Вернулась ради меня?

Поттер судорожно сглотнул.

— Снейп настолько пьян, что думает, что это — моя мать? — прошептал он. Тео не знал, он просто смотрел. Как и в детстве.

Итальянка встала и потянула мужчину за собой. Говорила что-то медленно. Поттер обернулся к взрослому Тео.

— Что она говорит?

— «Вы выглядите больным. Вам нужно отдохнуть. Пойдемте, я смогу вам помочь. Идемте».

Они вслед за Снейпом и итальянкой поднялись наверх. В комнату. Царил почти полный мрак. Снейп качался от выпитого.

— Ты вернулась для меня.

Итальянка сбросила свою мантию. Снейп шагнул к ней. Обнял. Она не сопротивлялась.

— Ты родила ему сына. — Горький упрек из уст Снейпа. — Я тоже дам тебе сына. Лучшего, чем этот никчемный…

Девушка приложила ладошку ко рту Снейпа. Не дала договорить.

Тео видел: Поттеру противно на это смотреть.

— «Я хочу вам помочь», — перевел слова матери Тео.

А потом все вокруг было окутано туманом. В эту память вмешались. Затем — снова эта комната в пабе. В окна пробивался слабый рассвет. На кровати спала девушка. Снейп накинул на голову капюшон. Достал палочку и направил ее прямо в голову девушки.

— Ты забудешь мое лицо. Ты забудешь это место. Ты уедешь отсюда сегодня же утром. Ты никогда не вернешься в Англию. Когда родится ребенок, ты дашь ему всевозможную защиту. Забудь меня. Если я выживу, я найду вас.

Снейп убрал палочку и покинул комнату. И сразу вместе с маленьким Тео взрослые оказались в комнате мальчика. Поттер был бледен. Такой же бледный, как отец Тео, когда оставлял его спящую мать.

И еще через пару мгновений Тео снова был в гостиной дома Уизли. Рядом стоял Поттер. Он тут же шагнул и опустился на диван.

— Вы согласны на сделку?

Гарри Поттер поднял ошеломленный взгляд на Тео. И кивнул.

Что Скорпиус ненавидел в своей школьной жизни, так это попадать в больничное крыло. Более скучного места он себе не представлял. Лежишь на койке, чувствуя себя беспомощнее, чем есть на самом деле. Атмосфера такая.

Мадам Помфри пригрозила, что пойдет к директору, если слизеринец не согласится остаться на ночь под ее наблюдением. Только вот Малфой не понимал: в чем заключается наблюдение? В том, что целительница спит без задних ног в своей комнате?! А Скорпиус вынужден наблюдать за потолком, на котором даже трещин не было для разнообразия.