Луиза Олкотт - Роза и семь братьев

Роза была на все готова, и очень радовалась, что увидит маяк; она живо представляла себе, как будет подниматься по железным лестницам и рассматривать большой фонарь.

На маяке они оставались долго. Доктор Алек, казалось, не спешил; он несколько раз смотрел в подзорную трубу, как будто старался что-то разглядеть на море или на суше. Было уже двенадцать часов, когда они приехали на остров, и Роза с нетерпением ожидала закуски.

— Ах, как хорошо! Как жаль, что мальчиков нет, а я бы хотела, чтобы они пробыли с нами все каникулы. Они начинаются сегодня, кажется? Ах, почему я не вспомнила об этом прежде; может быть, они бы и поехали вместе с нами, — говорила девочка, закусывая сэндвичами под яблоней.

— Да, это можно было бы устроить. Ну, в другой раз, когда ты не будешь так спешить, мальчики, верно, отправятся с нами, — согласился дядя Алек, допивая холодный чай.

— Дядя, я чувствую запах чего-то жареного, — заметила Роза полчаса спустя, укладывая в корзинку остатки трапезы.

— Я тоже чувствую; кажется, пахнет рыбой.

С минуту они втягивали в себя воздух, как собаки, потом дядя Алек вскочил на ноги и сказал решительно:

— Этого быть не может! Никто не может ступать на этот остров без позволения. Я должен знать, кто осмелился жарить рыбу на моей земле!

Схватив в одну руку корзинку, в другую узел, он, как разгневанный лев, пошел на запах. Роза с зонтиком последовала за ним.

— Мы как Робинзон Крузо и его слуга Пятница, которые отправляются смотреть, не приехали ли к ним на остров дикари, — сказала она, вспоминая подробности книги, которая так нравится всем детям.

— А вот и они! Две лодки и две палатки. Негодяи, кажется, очень веселятся тут.

— Нужно, чтобы было несколько лодок, а палаток не должно быть вовсе. Удивляюсь, где же пленные?

— Вот следы их пребывания, — доктор хмуро посмотрел на голову и хвост рыбы, валявшиеся на траве.

— А вот и еще, — Роза, смеясь, показала на горку пустых красных панцирей омаров.

— Дикари, вероятно, поедают теперь свои жертвы; в этой палатке слышен стук ножей.

— Мы должны подползти и заглянуть в нее. Робинзон был очень осторожен, вы помните, и Пятница ему подчинялся, — продолжала шутить Роза.

— Но Робинзон бросился на них, не думая о последствиях. Если я буду убит или связан, бери корзинку и беги к лодке. Провизии тебе хватит до возвращения домой.

Сказав это, дядя Алек бросился к передней палатке, запустил в нее узлом, как бомбой, и закричал громовым голосом:

— Пираты, сдавайтесь!

Раздались шум и смех. Из палатки выскочили дикари, потрясая ножами, вилками, костями от цыплят, оловянными чашками. Все они бросились на нарушителя спокойствия и принялись кричать:

— Вы приехали слишком рано! Мы еще не готовы! Вы все испортили! Где Роза?

— Я здесь, — едва слышно ответила Роза, сидя на груде красных костюмов для купания, которые она приняла за панцири омаров. Она опустилась на нее в припадке смеха, когда увидела, что вместо пиратов на острове оказались ее двоюродные братья.

— Вы ужасные мальчики! Вы всегда устроите что-нибудь смешное, а я каждый раз попадаюсь, потому что не привыкла к подобным шуткам. А дядя такой же, как вы, и это замечательно, — проговорила Роза, когда мальчики столпились вокруг нее. Одни выражали свое неудовольствие, другие приветствовали ее, и все вместе радовались этому двойному сюрпризу.

— Вы должны были приехать после обеда, и тогда госпожа встретила бы вас.

— Не все еще готово; поставлена только ваша палатка. Мы устроили ее прежде всего. Вы можете сесть там и смотреть, как мы будем работать, — предложил Арчи, который всегда играл роль хозяина.

— Роза как будто чувствовала, что здесь что-то происходит. Она хотела ехать немедленно, и мне пришлось согласиться. Я задержал бы ее еще на час, если бы запах рыбы вас не выдал, — объяснил дядя Алек. Он был уже не свирепым Робинзоном Крузо, а самим собой, веселым и добрым.

— Однако тут сыровато, я лучше встану, — сказала Роза, немного успокоившись.

Шесть пар рук протянулись к ней и помогли подняться. Чарли веслом разбросал по траве красные одежды:

— Перед обедом мы отлично выкупались, и я сказал Птенцам, чтобы они разостлали костюмы для просушки. Надеюсь, вы привезли вещи, Роза, ведь вы тоже будете омаром, вы знаете об этом? У нас конца не будет веселью, когда мы станем учить вас нырять, плавать и бегать по воде.

— Я ничего не привезла, — начала Роза, но остановилась, увидев, что Птенцы — Уилл и Джорджи — выбежали из палатки, таща большой узел, порядком растрепавшийся от перевозки, перетаскивания с места на место и падений. Из одного угла торчала красная фланелевая юбка, из другого — голубой капот [9] Капот — женская верхняя одежда широкого покроя, предназначенная для домашней носки. . Туалетные принадлежности, калоши и серебряный кофейник тоже были тут.