Лев Квин - Мальчишечьи тайны

— Ну, держи… Мама как увидела: покажи, да покажи… Хорошо, что в газету завернул…

Какие интересные глаза у Тишки: один смотрит в одну сторону, другой — в другую. Мальчишки во дворе говорят, что Тишка все насквозь видит. Неужели разглядит через бумагу? Тогда пропал!

Но Тишка берет книгу, молча пропускает Гешу мимо себя, и легонько пинает его коленкой на прощанье.

Во дворе Геша припускает со всех ног, словно за ним гонятся черти. И правильно делает. Ровно через полминуты из подъезда выскакивает разъяренный Тишка. Обвел его пацан вокруг пальца. Вместо «Новейших приключений великого сыщика Шерлока Холмса» всучил учебник географии…

Забежав за угол, Геша переходит на шаг. На улица Тишка не посмеет его тронуть.

Где теперь искать Леньку? В какую сторону направился дядя Петя? Если на завод, то прямо… А вдруг он пошел вовсе не на завод?

Бродить бы Геше целый день по улицам в поисках Леньки: город ведь большущий. Но ему повезло. Не успел пройти и двух кварталов — смотрит, несется по улице вприпрыжку румяный толстячок с носом картошкой и улыбается.

— Ленька!

— Гешка! Где ты пропадал? Я тебя ждал-ждал; а потом сам за ним побежал.

Оказывается, дядя Петя на завод не пошел. Он зашел в дом неподалеку и там остался.

— Ясно! Там живут его сообщники. — Гешка достает из портфеля тетрадь. — Улица и номер дома? — лаконично спрашивает он.

Леня досадливо морщит нос:

— Эх… Я и не посмотрел.

— Растяпа! А еще доктор Ватсон… По крайней мере, найти-то сможешь?

— Конечно, смогу. Идти по этой улице до булочной, потом свернуть направо и на следующем углу. Деревянный дом.

— А еще?

— Что еще?

— Еще какие приметы?

— Вроде, больше нет…

Что значит неопытный человек! Леня заметил только, что дом деревянный. А вот Геша, когда они подходят поближе, находит много важных качеств, отличающих этот дом от других.

— Пиши! — говорит он Лене. Тот раскрывает тетрадь и пристраивается под воротами. — Улица Партизанская, дом 77… Окрашен в темнозеленый цвет. Четыре окна выходят на улицу. Ставни на трех окнах открыты, на одном закрыты… Крыша черепичная. Две трубы…

— А труб сколько, зачем писать?

— Не знаешь? — Геша покачивает головой, словно удивляется невежеству Леньки в этих делах. — А если преступники вздумают бежать через трубу?.. Две трубы. Записал?.. Высокий забор, тоже зеленый… Знаешь что, — вдруг приходит ему в голову важная мысль, — надо посмотреть через окно, что делается в доме. Так и быть, смотреть будешь ты, — заявляет он, хотя Леня вовсе не просит об этом. — Если меня дядя Петя увидит, он сразу поймет, что мы напали на его след. А тебя он не знает.

Что поделаешь! Леня нехотя взбирается на кирпичную завалинку, становится на цыпочки и упирается лбом в стекло. Геша держит его сзади.

— Что ты видишь? — нетерпеливо спрашивает он.

— Ничего, — отвечает Ленька. — Кот на окне сидит, все загородил… Псик! — Он машет рукой, пытаясь напугать кота. Но тот лишь презрительно щурит оранжевый глаз и медленно отводит голову.

Леня перебирается к другому окну.

— Здесь! — восклицает он. — Дядя Петя здесь. И еще один какой-то, с обвязанным горлом. Ходит по комнате и что-то говорит… А на столе машина…

— Наверно, адская, — догадывается Геша.

— Дядя Петя встал. Вот подошел к машине…

Тут Леня неожиданно соскакивает с завалинки.

— Посмотрел на окно… Больше не полезу.

Но Геша и так уже сделал все необходимые выводы. Этот дом не простой, а таинственный. Здесь хранится адская машина.

Он подходит к воротам и нажимает ручку калитки. Нет, не открывается, конечно. Чтобы пройти сюда, нужно, вероятно, сказать тайные слова, вроде «Сезам, откройся!».

Но калитка отворяется и без тайных слов. Перед растерявшимися от неожиданности ребятами предстает высокий, худой дядя с метлой в руке.

— Чего вам? Баловаться? Вот я вас сейчас… — Он делает грозное лицо и топает сапожищами. Геша не выдерживает. Он пускается в бегство. За ним Ленька.

Геша останавливается только на перекрестке. Ему немного неудобно перед Леней. Скажет: струсил!

— Думаешь, я испугался?.. Ни чуточки… Я только хотел проверить, как быстро он бегает.

Но Леня лишь недоверчиво хмыкает. Шерлок Холмс и прочее — тут, спору нет, Геша, конечно, мастак. А что сдрейфил, то сдрейфил. Чего тут оправдываться!

Что теперь делать? В школу идти поздно, домой — рано. Ребята бродят два часа по улицам. Разглядывают витрины магазинов, толкутся по рынку, греются на Центральном почтамте. Им скучно. Скорее бы уже час. В час кончаются уроки и можно идти домой.