Герман Вук - Городской мальчик

– Люсиль, а как вообще Мардиграс? Я-то не успел ничего посмотреть.

– Скука. Все говорят, что твоя горка – единственный интересный аттракцион.

– А уроды Йиши?

В ответ девочка презрительно фыркнула.

– А Ленни что придумал?

– Да ну, обрядился в бейсбольную форму с надписью «Нью-йоркские янки», запихнул под рубаху подушку и ходит и говорит всем, что он Бейб Рут. [10]Вот дурак!

Герби молча сравнил это творческое достижение со своим и сделал вывод, что изредка бывают и такие случаи, когда мускулатура не служит безусловным залогом власти над миром. Правда, ему не пришло в голову, что Ленни по крайней мере не крал своей бейсбольной формы.

Лодка со скрипом приползла к исходному пункту. Клифф выпряг Умного Сэма, а Герби тем временем накинул привязь на кол. Потом, под недовольные выкрики нескольких мальчиков и девочек, стоявших в очереди, он учтиво подал Люсиль руку и помог ей забраться в лодку. Фелисия, сидевшая на носу, оглянулась и сказала: «Хм! Снова здорово». Она отбросила весло и вышла из лодки.

– Эй, Флис, ты куда? – спросил Герби.

– Раз у нас тут опять шуры-муры, – огрызнулась, уходя, сестра, – пойду-ка я немного потанцую в клубе.

– Пусть, Герби, – окликнул его с кормы Тед. – Я сам справлюсь. – И действительно справился.

– Спасибо за катание, Герби. Попозже, надеюсь, увидимся, – кротко произнесла Люсиль. Тут нахлынули другие пассажиры и принялись совать мальчику деньги. Люсиль не отрывала от триумфатора боготворящих глаз. Герби было и неловко, и радостно, и тепло на душе, он чувствовал себя на гребне жизни и времени. Он с сожалением освободил канат и пустил рокочущую лодку с очаровательным грузом под гору.

Вскоре после этого по лагерю эхом прокатились три пронзительных свистка дяди Сэнди, означавших конец Марди-Гра. Очередь из полудюжины пассажиров с ворчанием разошлась, – все это были дети, хотевшие прокатиться во второй или в третий раз, за исключением толстой женщины с насупленным белобрысым ребенком из соседней деревни. Пока Тед вытаскивал лодку на берег, а Клифф отводил Умного Сэма в конюшню, Герби еще раз пересчитал выручку. С танцев, радостная и сияющая, пришла Фелисия. Когда вся компания собралась под вспыхивающей вывеской, Герби весело объявил, какой доход принесли их труды: сто тринадцать долларов и пятьдесят центов.

– Елки зеленые, да мы же богачи, – восхитился Тед.

– Как поделим? – спросила Фелисия.

– Прежде всего я должен вернуть семьдесят пять долларов за… материалы, – сказал Герби. Остальные кивнули. – Остается почти сорок, то есть каждому по десятке.

Из темноты возник улыбающийся до ушей мистер Гаусс. Он нес штук пять сигарных коробок, вроде той, что была в руках у Герби.

– Так, так, золотоискатели, – проговорил он бодро. – Давай сюда коробку, Герби. Спрячу ее на ночь в сейф. Я собрал коробки у всех ребят, которые выручили более или менее много денег.

– Ой, спасибо, мистер Гаусс, – сказал Герби, покрепче прижимая свою коробку к боку. – Я сам ее посторожу.

– Глупости, мой мальчик. Не стоит, знаешь ли, искушать воришек. – Директор с силой ухватился за коробку и выцарапал ее из рук Герби. – Ты заработал столько денег, что их можно хранить только в сейфе. Утром я первым делом пошлю за тобой и верну деньги. Поздравляю всех! – С этими словами ходячий сейф двинулся в сторону дома для гостей.

– Плакали наши денежки, – проворчал Тед достаточно громко, чтобы его услышал хозяин лагеря, однако мистер Гаусс невозмутимо удалился прочь.

– Да брось ты, – возразил Герби. – Не возьмет же он деньги себе.

– Не посмеет! – поддержала его Фелисия. Клифф сказал:

– Даже мистер Гаусс не способен на такую подлость. Хоть сколько-нибудь вернет.

– Ну-ну, – проговорил Тед. – Я уже давно ошиваюсь в этом лагере. Если мы еще увидим из своих денежек хоть пятак – это будет чудо.

– Он обязан вернуть мне семьдесят пять долларов за материалы, – воскликнул Герби. – Я взял их взаймы.

– Не мелите чушь, – возмутилась Фелисия. – Что вы такое болтаете? Да он обязан вернуть нам все. Вы так рассуждаете, как будто тут есть какие-то сомнения. Что он, грабитель? Это не его деньги, а наши. Какое право он имеет присвоить хотя бы цент из этих денег?

Тед покосился на девчонку по-петушиному, одним глазом.

– Я шестой год в «Маниту», – сказал он. – В коробке – деньги. Рядом – мистер Гаусс. Между ними – только крышка. Крышка его не остановит… Да ладно, мне все равно понравилось. – Он пожал плечами. – Никогда еще в этой чертовой дыре не было так интересно. Спасибо, Герб, что взял в компанию.