Герман Матвеев - Новый директор

— Своих ребят? — с удивлением спросил полковник. — О каких ребятах вы говорите?

— Получил предложение работать в нормальной школе.

— Вот как! И вас это устраивает?

— В общем — да! Я очень благодарен милиции. Здесь я увидел и разобрался во многих явлениях, совершенно скрытых не только от педагогов-теоретиков, но и от практиков. Ведь нам приходится иметь дело с педагогическим браком, — медленно проговорил Константин Семенович и, помолчав, прибавил: — Здесь я убедился, что этого брака может и не быть.

— И хотите проверить это на практике?

— Не только проверить, но и доказать другим.

— Теоретикам? — спросил полковник с лукавой улыбкой.

— Товарищ полковник, как всякий одержимый, я, вероятно, очень скучный или еще точнее — занудливый. Удивляюсь, как меня переносят окружающие. Особенно в семье… Но я не могу! Я так устроен. Я всё время думаю в одном направлении. Ведь многие наши теоретики докатились уже до того, что узаконили педагогический брак. Уличные дети существуют, как и прежде, до революции. «Влияние улицы!» Это явление перекочевало в советскую действительность, и ученые напряженно думают о том, как уберечь нормальных детей от влияния уличных… А что такое улица?

— Улица — это наша область, — нахмурившись, ответил полковник и встал. — Я понимаю и разделяю ваше негодование. Если по условиям жизни дети оказываются на улице безнадзорными, тем большая ответственность за их воспитание ложится на плечи ученых. — Перейдя к окну, он с минуту молча наблюдал за тем, как машины подметали и поливали площадь. — Значит, вы от нас уходите? — проговорил он, не поворачивая головы. — Жаль! И когда?

— В самое ближайшее время. На днях.

— Так. Следовательно, вас трогать не стоит…

— А что?

— Я хотел привлечь вас к работе с комсомольским патрулем. В центральный штаб рейда. У молодежи несомненно будут и затруднительные случаи и перегибы, и нужно им помочь. Вы очень подходящий человек для такого дела. — Полковник вернулся к столу. — Ну, а как вы сами на это смотрите?

— На что? На мое участие?

— Нет. Вообще на комсомольские рейды.

— Что ж… По-моему, это хорошо.

— Хорошо? — переспросил полковник. — Хорошо с точки зрения педагогики, или это ваше личное мнение?

Константин Семенович с удивлением взглянул на полковника и, пригладив ладонью волосы, ответил:

— Такого раздвоения в мыслях я за собой не наблюдал. Может быть, вы что-нибудь заметили. Скажите прямо.

— Нет, нет! — с улыбкой проговорил тот. — Не сердитесь. Я не хотел вас обидеть. Но как-то так получилось… Позавчера у меня был разговор с одним ученым-педагогом по поводу комсомольских рейдов. Такая, знаете ли, шишка на ровном месте… доктор педагогических наук. Знаете, что он мне сказал? Сказал, что никаких возражений по существу у него нет, но что это лишь его личное мнение. С научной же точки зрения он должен возражать. «Молодежь, — сказал он, — сталкивается на улице с отрицательными явлениями, с пережитками, и это может оказать плохое влияние». Они, видите ли, воспитывают только на «положительных примерах!» — отчеканивая каждое слово, произнес полковник и, подняв палец, раздельно повторил: — Только на положительных примерах! Конечно, эти примеры нужны, но… с ними надо обращаться очень осторожно. Вспоминаю свое детство… Мне часто, очень часто ставили в пример одного положительного мальчика, соседа. Был у нас такой пай-мальчик. Очень послушный, скромный, тихоня. Если бы вы знали, как я его ненавидел. И конечно, старался всегда поступать наоборот.

— Если этот мальчик был положительным только в представлении взрослых, то он не был положительным, — мягко возразил Константин Семенович.

— Ну, конечно! На самом деле он был совсем другим. Просто он понимал, как ему выгодней себя вести. Это был законченный лицемер… Затем я подумал еще и о том, — со вздохом продолжал полковник, — что, отгораживая детей от действительности, скрывая от них изнанку жизни, педагоги создают неправильное, ошибочное представление о людях и, как бы это сказать, не закаляют нашу молодежь. И что же получается, когда такой человек, в розовых очках, столкнется с жизнью? С обратной стороной жизни? Ведь у него совсем иное представление! Конечно, его постигнет жестокое разочарование. Так? А разочарование в этом возрасте часто калечит психику. Ведь встречаются же в среде нашей молодежи скептицизм, нигилизм, упадочные настроения. Вы согласны?

— Я вас очень внимательно слушаю, Юрий Александрович, — уклонился от прямого ответа Константин Семенович. — Вы затронули острую и важную проблему…