Юрий Сальников - Шестиклассники

— Умывайся, у меня готово!

Лёня не заставил себя ждать.

В отличном настроении, полный самых лучших надежд на благополучное завершение завтрака, он сел за стол. Мать поставила тарелку, наполненную румяными оладьями.

В это мгновение в дверь с улицы постучали. Надтреснутым голосом спросила Елена Максимовна:

— Кто там? — И щёлкнул замок.

Лёня прислушался. Соседка с кем-то заговорила, потом крикнула:

— Товарищ Галкина, к вам!

Мать встала, повернулась к двери, Лёня глянул и… поперхнулся. На пороге стояла Смирнова.

«Всё! — мелькнуло у Лёни в голове. — Сейчас объявит о сборе и всё испортит. Нашла время прийти!»

Аня, поздоровавшись с Лидией Тарасовной, сразу обратилась к Лёне:

— Я за тобой, пошли.

— Да ведь к двенадцати, — возразил он и робко покосился на мать.

— Было к двенадцати, а теперь изменили. Теперь по цепочке к одиннадцати. Давай скорее.

— Куда скорее? — заинтересовалась Лидия Тарасовна.

— Скорее на сбор, — простодушно ответила Аня.

Она, конечно, нисколько не сомневалась в том, что Лидия Тарасовна уже знает о намеченном походе в лес.

— На сбор, на сбор, — поспешно закивал Лёня. — У нас сегодня отрядный сбор, я думал, к двенадцати, а вот видишь…

Он смотрел на мать невинными глазами, как будто старался сказать: «Понимаешь, не успел ещё тебе сообщить, сам не знал, что к одиннадцати».

Мать нахмурилась и села за стол.

— Ешь! — Она положила на тарелку Лёни ещё одну пышную оладью.

Лёня откусил маслянистый бок и шустро зажевал.

— Садись и ты, — пригласила Лидия Тарасовна, оборачиваясь к девочке. — Горячие…

— Ой, что вы, спасибо! Только нам некогда. Тебе ведь тоже ещё к Зайцеву бежать. А поесть мы там успеем, вот! — она показала какой-то свёрток. — С собой все берут. Так Таисия Николаевна передать велела.

— Зачем же кусочничать, — заметила Лидия Тарасовна.

Лёня, обжигаясь, жевал, поглядывая на Аню.

— Ну, хорошо, — решила она вдруг. — Ты пока ешь, а я пойду. Ты потом сразу в школу беги!

— А к Зайцеву?

— Не надо! Прямо в школу! До свиданья.

Она выскочила за дверь.

— Что за спешка? — пожала плечами мать. — Не давись, не давись, жуй как следует.

Лёня сам не понимал, к чему такая спешка: ведь договорились к двенадцати, так нечего менять. Подумаешь, цепочка!

И всё-таки, уже торопясь, он съел оладьи, выпил чай, переодел рубашку, повязал галстук и тоже выскочил из комнаты.

— Долго зря не бегай, — напутствовала мать.

Лёня крикнул «Ладно!», завернул на кухню, схватил огромный кусище хлеба и сунул его в карман брюк.

На площадке перед школой уже толпились ребята — все с красными галстуками. Издали Лёня увидел и вожатого Володю и Таисию Николаевну в зелёной кофточке. А рядом с классной руководительницей стояла какая-то женщина в тёмно-коричневом платье, высокая и худая. Лёня не сразу и разглядел, кто именно, и только когда приблизился, с удивлением обнаружил: да ведь это ботаничка Варвара Самсоновна! А она-то зачем здесь!

Ребята встретили Лёню радостными возгласами, но сейчас же словно забыли о нём: с другой стороны к школе подбегала Ляля Комарова, и её тоже шумно приветствовали. Должно быть, с нетерпением ждали всех прибывающих.

На ладони у Володи лежали часы, и в них беспрерывно заглядывали ребята:

— Полчаса, Володя!

— Тридцать три минуты!

— Уже тридцать пять!

— У вас ещё четыре человека, — сказал Володя Ляле Комаровой.

— У нас тоже не все, — вставила с грустью Маша Гусева. — Смирновой нет, Зайцева и Юдина.

— Вон, вон Эдик, — крикнул кто-то. — И Смирнова тоже!

Ребята повернули головы и увидели: придерживая очки, бежал Эдик, а за ним Смирнова.

— Смотрите, и Юдин тоже! Катится Жиркомбинат!

— Жует что-то!

— Не успел дома, на ходу доедает!

Ребята засмеялись.

— А вот и наши, — обрадовалась Ляля.

К школе подбегало несколько человек. Им кричали:

— Скорее, скорее!

Так со смехом и приняли прибывших в круг. Таисия Николаевна переговаривалась с Варварой Самсоновной. А Володя с Геной Кузевановым и другими активистами начал что-то подсчитывать, потом объявил: