Карл Хайасен - У-гу!

Уфф! Значит, Гаррет. У Роя чуть ноги не подкосились от облегчения.

— Точно. А я и забыл.

— Но у тебя же нет скейтборда, — напомнила мама.

— Все в порядке. Его приятель принес запасной, — сказал папа.

Рой, торопливо вытирая рот салфеткой, поднялся из-за стола.

— Ничего, если я схожу?

— Рой, сегодня же воскресенье, — укоризненно сказала мама.

— Ну пожалуйста, мам! На часок всего!

И родители, конечно, согласились. Их радовало, что у сына в новой школе завелись друзья.

Гаррет ждал на крыльце. Он с ходу попытался что-то сказать, но Рой незаметно махнул ему рукой: позже. Они молча докатились по тротуару до конца квартала, а потом Гаррет соскочил со скейта и сообщил:

— Ты не поверишь: вчера вечером Дану Матерсона упекли в каталажку!

— С ума сойти! — Рой изобразил крайнее удивление. Ну что ж, участок «Бабушки Паулы» оказался под охраной — как он и надеялся.

— Сегодня утром моей маме звонили копы, — докладывал Гаррет. — Он пытался влезть в вагончик и чего-то там спереть.

Маме Гаррета, психологу-консультанту «Южной тропы», всегда сообщали, если у кого-нибудь из учеников возникали неприятности с законом.

— А сейчас, чувачок, будет самая бомба: Дана сказал копам, что он — это ты!

— Так и сказал?

— Во тупица, да?

— И что, они поверили?

— Ни на секунду!

— А он был один? — спросил Рой. — В смысле — больше никого не арестовали?

Он чуть не спросил про сводного брата Беатрисы, но вовремя прикусил язык.

— Не, больше никого. И знаешь что? У него уже были приводы!

— Приводы?

— Криминальное досье, парень. Дана уже попадал за решетку — так копы сказали моей маме.

И снова Рой как-то не очень удивился.

— А за что?

— Тырил с прилавков, взломал автомат с кока-колой — в общем, всякое такое, — ответил Гаррет. — А один раз сбил с ног какую-то тетку и выхватил у нее кошелек. Только мама заставила меня пообещать, что я никому не скажу. Это должно храниться типа в тайне, пока Дана несовершеннолетний.

— Точно, а то как бы его незапятнанная репутация не пострадала, — съязвил Рой.

— А я думал, ты будешь кувыркаться от счастья!

— С чего вдруг?

— Мама говорит, что на этот раз его упрячут за решетку надолго.

— В тюрьму, что ли?

— Ну да, — подтвердил Гаррет. — Из-за его криминального досье.

— Класс, — безмятежно сказал Рой.

Кувыркаться он, может, и не собирался, но на сердце у него сильно полегчало. Ему надоело быть боксерской грушей для Даны Матерсона.

И хотя подсовывать Дане эту историю с сигаретами было не совсем честно, все равно Рою казалось, что за решеткой Дане Матерсону самое место. Он настоящий хулиган. Может, тюрьма для малолеток пойдет ему на пользу.

— Эй, поехали в парк, покатаемся? — спросил Гаррет.

— Конечно.

Рой встал на скейтборд и оттолкнулся правой ногой. Они катились в парк, и за всю дорогу Рой ни разу не обернулся, чтобы проверить, не гонятся ли за ним. Все было прекрасно, как и должно быть в воскресный день.

Дикобраз проснулся в собственной постели. Вандал наконец-то попал в надежные руки, так что ночевать в вагончике было незачем.

Вчера, после того как Делинко подбросил его до дома, Дикобраз развернул перед женой и тещей впечатляющее батальное полотно. В некоторых местах он для большей драматичности даже слегка подбавил жару.

В его версии юный, но уже матерый преступник вырубил его мастерским ударом карате (это звучало круче, чем брошенная в глаза пригоршня земли). Несущественный эпизод, когда он попал ногой в совиную нору и грохнулся наземь, Дикобраз решил опустить. Зато он описал погоню, долгую и в то же время стремительную, когда он бежал по пятам за трусливо удиравшим негодяем. Что касается Делинко, то его роль в поимке преступника оказалась совершенно незначительной.

В кругу семьи этот рассказ имел такой успех, что Дикобраз решил повторить его для мистера Чуддинга. В понедельник он первым делом позвонит в головной офис «Бабушки Паулы» и во всех подробностях расскажет вице-президенту об аресте правонарушителя и о своем собственном личном героизме. Уж теперь-то Чуддингу придется выдавить из себя доброе слово, куда он денется!

После обеда Дикобраз сел смотреть бейсбол, но, когда он устроился перед телевизором, началась реклама «Бабушки Паулы» со специальным воскресным предложением: платишь шесть долларов девяносто пять центов и ешь блинчики сколько влезет. Плюс сосиска и кофе бесплатно.

В роли бабушки Паулы выступала, как всегда, Кимберли Лу Диксон. Тут Дикобраз вдруг вспомнил про кассету с бездарным «Домом на бульваре Ведьм». Когда ее надо отдавать, сегодня вечером или завтра? Дикобраз терпеть не мог платить в видеосалоне за просроченные дни, поэтому решил смотаться в вагончик за кассетой.